18 Leontieff lane

Дом был построен в XVIII столетии и в 1793 году принадлежал жене московского купца – Ирине Заборовой. В 1824 году она сдала дом внаем подполковнику в отставке Александру Алябьеву. Он к тому времени был уже довольно известным композитором (М. И. Муравьев-Апостол в своем письме к сестре в 1823 году называет Алябьева одним из лучших московских музыкантов и композиторов). Именно в доме Заборовой Алябьев написал несколько популярных опер-водевилей, музыку по случаю торжественного открытия Большого театра. Сюда же, на вечера в Леонтьевском, приходили князь Владимир Федорович Одоевский, Вильгельм Кюхельбекер, Денис Давыдов, друг Алябьева Александр Грибоедов.

Роковое событие случилось в доме Заборовой 24 февраля 1825 года. Именно в этот день в гости к Алябьеву заехал его приятель Тимофей Миронович Времев, прибывший из воронежского имения по своим делам. Гости Алябьева (Давыдов, Времев, Шатилов и Глебов) сели поиграть. Сначала Времеву везло, но потом удача ему изменила. Он проиграл весьма большую сумму, после чего вдруг обвинил своих противников в шулерстве. Алябьев (кстати, не игравший) обвинений не стерпел и дал наглому гостю несколько пощечин. Времев вместо того, чтобы вызвать на дуэль обидчика, взял и ушел, а наутро вообще уехал из Москвы. Потом, поразмыслив, Времев вернулся, завершил свои дела и уж после этого отправился домой. Однако в деревне Чертаново (теперь район современной станции метро «Чертановская») его хватил инфаркт, а следующим утром незадачливый игрок отдал концы.

Врачи констатировали смерть от апоплексического удара, но на сцену вышел обер-полицмейстер Ровинский, по отзывам современников, человек крайне глупый и весьма обидчивый, которого Алябьев не раз поддразнивал. Ровинский рьяно взялся за расследование, добился эксгумации трупа для повторного освидетельствования, после чего подверг Алябьева домашнему аресту и обвинил его… в убийстве Времева. Вскоре Алябьев попал в тюремную камеру, где он и написал своего знаменитого «Соловья». В 1827 году был вынесен приговор: Алябьев был лишен знаков отличия, чинов и дворянства и сослан в Сибирь.

В 1834 году Заборовы продают свой дом княжне Вяземской, затем он переходит к Римскому-Корсакову, и в 1842 году дом опять меняет владельца. Им становится князь Алексей Иванович Трубецкой, а после его кончины – жена Надежда Борисовна Трубецкая. Она же, в свою очередь, передает дом племяннице Прасковье Уваровой, урожденной Щербатовой. Так в 1881 году хозяином дома становится историк и археолог граф Алексей Сергеевич Уваров, муж Прасковьи Сергеевны, в которую когда-то был влюблен Лев Толстой и вывел ее в своем романе в образе Китти Щербацкой.

После революции Прасковья Уварова уезжает из России и поселяется в Югославии. А в особняк переезжает из дома напротив Московский комитет РКП(б). 25 сентября 1919 года здесь проходит заседание комитета, куда приглашены многие московские агитаторы, пропагандисты и лекторы, всего порядка двухсот человек. Первым вопросом повестки заседания было сообщение о раскрытии белогвардейского заговора, вторым – организация партийных школ. К нему перейти не успели, в окно дома была брошена бомба. Погибли 12 человек. Путеводитель по Москве 1937 года пишет об этом сухо: «Во время взрыва погибли секретарь МК партии В. М. Загорский и ряд работников. У места взрыва поставлен памятник: на пьедестале - могильная урна, с которой спадает траурное покрывало». Газета «Правда» приводит более яркое описание: «Жуткую картину разрушения представляет собою этот дом после взрыва. Фасадная часть, выходящая в Леонтьевский переулок, сравнительно мало пострадала, хотя и здесь выбиты все стекла. …В полу большого зала зияет пробитая бомбой громадная брешь аршина 4 в ширину. …В саду валяются громадные куски железа».

После восстановления в 1924 году в особняке расположился интернациональный коммунистический клуб политэмигрантов, затем - Центральный дом художественной самодеятельности профсоюзов. А с 1944 года в доме в Леонтьевском поселяется Украинское постпредство, ныне посольство.

The house was built in the XVIII century and in 1793 was owned by Irina Zaborova, the wife of a Moscow merchant. In 1824, she rented the house to the retired lieutenant colonel Alexander Alyabyev. He was by then already quite well-known composer (M.I. Muraviev- Apostol, in his letter to his sister in 1823 calls Alyabev one of Moscow's best musicians and composers). Alyabyev wrote several popular operas, vaudeville, music on the occasion of the grand opening of the Bolshoi Theater while he was living in Zaborova’s house. Prince Vladimir Fedorovich Odoyevski, William Kiichelbecker, Denis Davydov, the friend of Alyabev, Alexander Griboyedov came here for Leontiev nights. The fateful event happened in Zaborov’s house on February 24th, 1825. Timothy Myronovych Vremev, the friend of Alyabyev from Voronez visited him that day during his business trip to Moscow. Alyabev’s guests (Davydov, Vremev, Shatilov and Glebov) sat down to play cards. Vremev was lucky at first, but then his luck changed. He lost a very large amount of money and then suddenly accused his opponents of cheating. Alyabyev (by the way, he did not play) could not stand the charges and gave a few slaps to brazen guest. Vremev, instead of calling the offender to a duel, have left the house and then left Moscow the next morning. Then, on reflection, Vremev returned, completed his business and went home afterwards. However he survived a heart attack and died the next morning in the village of Cheratnovo (now a district of modern subway station "Chertanovskaya"). Doctors pronounced him dead of apoplexy, however, Rovinskii , the Chief of Police previously repeatedly teased by Alyabyev stepped into play. According to contemporaries, a man was very stupid and very touchy. Rovinskii zealously took up the investigation, made the exhumation of a corpse for re- examination, and then subjected Alyabyev to the house arrest and charged him with … murder of Vremev. Soon Alyabyev was in a prison cell, where he wrote his famous "Nightingale". He was sentenced: Alyabyev was stripped of the insignia of rank and nobility and exiled to Siberia in 1827. In 1834 Zaborovs sold their home to Princess Vyazemskaya. Then it went to Rimsky-Korsakov, and in 1842 the house changed hands again. Duke Alexei Ivanovich Troubetzkoy and after his death - his wife Nadezhda B. Trubetskaya became new owners. She passed the house to her niece Praskovya Uvarovoy, nee Scherbatova. Earl Alex S. Uvarov, the historian and archeologist, the husband of Paraskovia Sergeevna, who was once loved by Leo Tolstoy and brought up in his as a character of Kitty Shtcherbatsky become an owner of the house in 1881. After the revolution Praskovja Uvarova left Russia and settled in Yugoslavia. Moscow Committee of the Russian Communist Party (Bolsheviks) moved in to the house from the building across the street. Meeting of the committee held here, where many of Moscow agitators, propagandists and lecturers were invited – all together about two hundred people on September 25th, 1919. The first item on the meeting agenda was a report on the disclosure of White Guard conspiracy, the second one was the organization of party schools. They did not get to the second subject because of the bomb that was thrown through the window. 12 people were killed. Moscow Guidein 1937 puts it dryly : " The explosion killed the party secretary M.K. V. Zagorski and number of employees. There is a monument at the place of the explosion: Urn tomb on a pedestal , the mourning veil falls down from it." "Pravda" newspaper gives a vivid description of the "terrible picture of destruction represents the house after the explosion. The facade facing the Leontief lane, affected relatively a little, although all the windows are smashed. In the floor... great hall gaping hole punched a huge bomb in the yard of 4 wide. In the garden... lying huge pieces of iron. " International communist club of political refugees entered the house after the restoration of 1924. Then there was a Central House of amateur art of trade unions. Ukrainian Permanent Mission, now the embassy is located in the house on Leontieff lane since 1944.