Добро пожаловать в квартиру Александра Николаевича Скрябина. Великий русский композитор и пианист Серебряного века арендовал её у профессора Московского университета Аполлона Аполлоновича Грушка́ с 1912-го по 1915-ый год. Квартира располагалась на втором этаже доходного дома городской усадьбы XIX – н. XX вв. Здесь в неприкосновенности сохранено практически всё, что окружало композитора при жизни.
Первая и главная комната – рабочий кабинет.
Её смысловым центром является салонный рояль фирмы «С. Bechstein», подаренный Скрябину в 1912 году его ближайшим другом Андреем Дидерихсем, официальным представителем немецкой фирмы в России. Эту фразу чуть сократили.
На этом инструменте композитор создавал свои последние фортепианные произведения, включая сонаты, работал над «Предварительным действом» к Мистерии. После смерти Скрябина, на его Bechstein’е играли Рахманинов, Софроницкий, Горовиц, Рихтер, Гилельс, Нейгаузы, Юдина, Ван Клиберн и многие-многие другие.
В наше время инструмент звучит для всех желающих два раза в год – 6 января и 27 апреля.
Слева от входной двери можно видеть ряд портретов, среди которых знаменитая фотография Николая Сергеевича Зверева с учениками.
Обучаясь во Втором Московском кадетском корпусе, Скрябин, по рекомендации Сергея Ивановича Танеева, в 1885 году начинает брать уроки фортепиано у одного из самых известных педагогов – Николая Сергеевича Зверева. Юный музыкант появлялся у учителя не часто – в основном один раз в неделю, по воскресеньям. Несмотря на это, он настолько хорошо выучивал программу, что даже столь строгий преподаватель оказывался доволен.
В это же время у Зверева учились Сергей Рахманинов и Матвей Пресман, чуть ранее класс Николая Сергеевича посещал Александр Зилоти. С этими известнейшими музыкантами Скрябин до конца дней сохранит очень тёплые и дружеские отношения.
На соседней стене находится коллаж портретов Скрябина разных периодов жизни, начиная с 1873 года и заканчивая 1911-м. Последний – графическое изображение композитора Робертом Штерлем – известным немецким художником.
Коллаж был подарен Александру Николаевичу сёстрами Монигетти. Иван Карлович, глава семейства, был доктором во Втором московском кадетском корпусе, где, по семейной традиции, обучался Скрябин. Именно через него юный композитор познакомится с сёстрами Ольгой и Зинаидой, которые на долгие годы стали его близкими подругами. К сожалению, в 1911 году отношения будут разорваны, однако память о них сохранится и по сей день.
Над коллажем расположен портрет Елизаветы Ивановны Скрябиной – бабушки композитора по отцу. Когда Шуриньке было 1,5 года, умерла его мать – Любовь Петровна, – и воспитанием юного гения занялась его тётя – Любовь Александровна, активной помощницей которой явилась бабушка. Обе женщины очень любили ребёнка, делая всё возможное для его роста и развития. Чуть позже, они стали первыми слушателями и зрителями, присутствовавшими на домашних концертах и спектаклях, в которых юный гений разыгрывал только что написанные драматические пьесы и оперу «Лиза». Через всю жизнь пронёс Скрябин тёплые чувства тёте и бабушке, так много сделавшим для него.
Здесь же, у левой стены хранится фрак, в котором композитор дал свой последний концерт. Он состоялся 15 апреля 1915 года по новому стилю в Малом зале Петроградской консерватории. Программа вечера включала произведения всех периодов творчества Скрябина: от этюдов opus 8, до прелюдий opus 74.
Один из критиков замечал: «Трудно сказать, по адресу ли пианиста или композитора, к творчеству которого всё более начинают прислушиваться, выпал большой успех…». К сожалению, по возвращении домой Александр Николаевич почувствовал себя нехорошо и менее чем через две недели скончался от общего заражения крови.
В противоположной части комнаты, на письменном столе композитора находится цветосветовой аппарат, сделанный близким другом Скрябина, физиком Александром Мозером. Он предназначался для домашних исполнений симфонической поэмы «Прометей» – первого светомузыкального произведения в истории мировой культуры.
В полной темноте Александр Николаевич садился за рояль и начинал играть переложение «Поэмы огня». Супруга композитора, Татьяна Фёдоровна, или кто-либо из друзей, нажимая на кнопки, исполняли на световом аппарате по партитуре партию свето-цвета (Luce), записанную нотами.
Рядом с цветосветовым аппаратом, на столе находится бювар, подаренный Скрябину его студентами.
В сентябре 1898 года по рекомендации Василия Ильича Сафонова, директора Московской консерватории, Александр Николаевич становится её профессором по классу фортепиано. Конечно, педагогическая деятельность отнимала достаточно большое количество времени и сил, но тем не менее, Скрябин с полной ответственностью подходил к работе. Такое отношение не оставило равнодушными его студентов, которые 5 марта 1902 года и даровали ему бювар с надписью: «Глубокоуважаемому Александру Николаевичу Скрябину, благодарные ученики и ученицы».
На большом овальном портрете кисти Николая Щетинина изображена мать композитора – Любовь Петровна Скрябина (урождённая Щетинина). Она происходила из рода художников Императорского фарфорового завода, с серебряной медалью окончила Санкт-Петербургскую консерваторию. Её талант, как пианистки, отмечал сам Пётр Ильич Чайковский.
Любовь Петровна успешно выступала с сольными концертами в России и за рубежом, принимала участие в симфонических собраниях, в том числе под руководством знаменитого композитора Милия Балакирева. В последний раз она появилась на эстраде за пять дней до рождения сына, а ещё через 1,5 года скончалась в возрасте 24 лет.
Рядом с портретом матери, находится графический портрет второй супруги композитора – Татьяны Фёдоровны Шлёцер-Скрябиной работы – известного русского художника, близкого друга семьи Скрябиных – Леонида Пастернака (отца знаменитого поэта и писателя, лауреата нобелевской премии Бориса Пастернака).
Татьяна Фёдоровна появилась в переломный момент творческой эволюции Скрябина и стала едва ли не единственным человеком, поддерживавшим и разделявшим все его творческие устремления.
После смерти композитора Татьяна Фёдоровна много сделала для сохранения наследия мужа, она же стала первым заведующим музея Скрябина.
Справа от письменного стола находится книжный шкаф, декорированный медными изогнутыми линиями. Как и большинство предметов интерьера он выполнен в стиле модерн Гюставом Серрьрье-Бови. В шкафу – книги из личной библиотеки композитора на русском, французском, немецком и английском языках с владельческими пометами и дарственными надписями. Нот и музыкальной литературы немного. Основную часть книг представляют труды по эстетике, этике, естественным наукам, философии и теософии. Это труды Ницше, Шопенгауэра, Блаватской и других. Кроме них, на полках представлены и поэтические сборники: Вячеслава Иванова, Константина Бальмóнта, Игоря Северянина.
Слева от письменного стола расположена высокая конторка, на которой находятся эскизы «Предварительного действа» – последнего неоконченного произведения композитора.
По мысли Скрябина, «Предварительное действо» должно было стать своего рода прологом к Мистерии – грандиозному синтетическому акту, объединявшему все существовавшие виды искусства. Для исполнения Мистерии предполагалось построить огромный храм в Индии, который, по разным высказываниям самого автора, вмещал бы от 4000 человек до всего населения Земли. Длиться Мистерия должна была в течение семи дней и закончится вселенским преображением человечества.
Над рабочей конторкой находятся две картины близкого друга Скрябина – художника-символиста Николая Шперлинга. На одной из них изображён образ восточного мудреца, что-то «вроде Заратустры» – как о нём отзывались современники. Герой держит в руке закрытый цветок лотоса.
Один из друзей композитора вспоминал: «Картину эту [художник] подарил Скрябину, и тот её очень любил, повесив над своим письменным столом. „Чёрный“, как её называл Скрябин, смотрел на него своими раскосыми „мистическими“ глазами».
«Восточный мудрец» вдохновил Александра Николаевича на написание Девятой сонаты, прозванной современниками «чёрной мессой».
Рядом с «Восточным мудрецом» расположился «Портрет Рыцаря Жиля де Рэ» работы Николая Шперлинга. Образ маршала средневековой Франции, друга и соратника Жанны д’Арк притягивал художника своей таинственностью и неоднозначностью, поэтому Шперлинг обращается к нему как минимум в пяти своих картинах, две из которых хранятся в Мемориальном музее Скрябина.
В данном случае, рыцарь изображён с выделившимся «астралом» в виде объёмной тени, стоящей позади героя. Этот «двойник» подчёркивает мистическую сущность Жиля и напоминает о тех, приписываемых ему злодеяниях, за которые он был казнён инквизицией.
Следующей комнатой дома является гостиная, куда мы с вами и отправляемся.