Перед вами витрина «Форма летчика Российской императорской армии. 1910-е гг.», посвящённая дореволюционному периоду в истории российского воздухоплавания, ключевой отрезок которого пришелся на первые десятилетия XX века. В это время небо постепенно становилось пространством технических экспериментов, дерзких замыслов и успехов.
В конце XIX — начале XX века Россия, как и другие великие державы, активно интересовалась возможностями использования летательных аппаратов. Воздухоплавание начиналось с аэростатов, которые служили в основном военным целям: наблюдению, разведке, корректировке артиллерийского огня. Именно в армейской среде зародилась будущая авиация. Первые офицеры, обученные управлению воздушными шарами, относились к новому для них делу с любопытством и осторожностью, но уже в эти годы стали появляться энтузиасты, которые видели в воздухоплавании будущее научного-технического прогресса.
Первые полёты на аппаратах тяжелее воздуха, то есть самолетах, в России начались в 1909-1910 годах. Государство поддерживало частные инициативы, а при содействии императорского двора начали формироваться военно-воздушные соединения в армии. Пилоты, униформа которых представлена в витрине, становились настоящими первопроходцами и примером для подражания.
Одним из таких героев стал Петр Николаевич Нестеров — известнейший российский авиатор. Нестеров был лётчиком, изобретателем и мыслителем. Он первым в мире выполнил фигуру высшего пилотажа «мертвую петлю», доказав, что «в воздухе для самолета всюду опора». В августе 1913 года этот манёвр, исполненный им на моноплане «Ньюпор-IV», стал символом нового понимания неба - вместо враждебной стихии, оно впервые выступило пространством, где человек смог действовать свободно и уверенно. Так начиналась эпоха покорения «пятого океана».
Рядом с фотопортретом летчика в витрине представлено изображение Игоря Ивановича Сикорского, другой знаковой фигуры в русской авиации начала прошлого века. В отличие от Нестерова, Сикорский был прежде всего конструктором. Именно он создал первые многомоторные самолёты, сделав полёт коллективным делом инженеров, механиков, членов экипажа.
Самолеты Сикорского вы видите на фотографиях витрины. Его «Русский витязь» (1913) стал первым в мире четырёхмоторным самолётом, способным подниматься на значительную высоту с несколькими пассажирами на борту. Ещё более известен его следующий проект — «Илья Муромец».
Самолёт, получивший имя былинного богатыря, использовался не только для демонстрационных полетов, но и в боевых условиях: во время Первой мировой войны машины применялись в качестве бомбардировщиков, что сделало Россию одной из первых стран, освоивших стратегические воздушные операции. Однако за этим успехом скрывались и трудности: производство таких самолетов было дорогим, зависимым от иностранных поставок, а сама война быстро показала, насколько непросто поддерживать баланс между новыми технологиями и практическими нуждами фронта.
Тем не менее, именно в эти годы зародилось представление о пилоте как об особом типе человека — символе прогрессивной, технологичной современности. Воздухоплаватели начала XX века часто происходили из дворянских семей, имели высшее образование и видели свою деятельность как служение романтическому будущему, где техника станет продолжением человеческой воли. Эти отважные люди встали на рубеже эпох: с одной стороны - старый мир императорской России, с его балами, мундирами, чинами; с другой - вступавший в силу XX век, мир стали и машин, где успех определялся уже не происхождением, а знанием и мастерством.
Сам район Внуково, где вы сейчас находитесь, ещё не имел тогда своего аэропорта и даже не был районом в современном его понимании. Но именно развитие авиации в трудные годы начала прошлого века положило основу тем процессам, которые позже сделали Москву центром воздушного сообщения. Первые аэродромы, учебные полигоны и инженерные мастерские создавались на окраинах столицы, в тех местах, где было достаточно простора и где постепенно формировалась новая городская инфраструктура - аванпост, с которого во все уголки нашей огромной страны отправились отважные покорители неба.
Первые военные летчики — в основном офицеры — носили обмундирование тех родов и частей войск, из которых были направлены на обучение летному делу. Преимущественно это были артиллеристы и военные инженеры, так как в специальных военных училищах они получали более обширные знания по технике и точным наукам, чем в пехотных или кавалерийских. Ближе к 1914 г. процент представителей других родов войск (в том числе и из Гвардии) среди военных летчиков заметно возрос.
Специальное обмундирование для полетов приобреталось, в основном, за рубежом, у разных поставщиков, что, конечно, не обеспечивало необходимого единообразия. Особая униформа для военной авиации была введена только 3 января 1914 г. приказом по военному ведомству № 4.
Так появилось специальное обмундирование для полетов и службы на аэродромах, представленное в витрине. В первую очередь это кожаная куртка черного цвета с черным бархатным отложным воротником и пуговицами, как на мундире. На ноги надевали шаровары такого же черного цвета. В нижней части витрины вы также можете увидеть кожаные сапоги, перчатки и краги для защиты ног, которые надевали вместе с ботинками. На голове носили либо парадную фуражку, либо пилотку из черного сукна с кокардой. Такое кожаное обмундирование в основном было предназначено для ношения в холодное время. Выдавалась экипировка не по числу летчиков, а по числу летательных аппаратов.