Обстановка супружеской спальни Скрябиных практически полностью сохранена. В центре находится кровать, привезённая композитором из Бельгии и созданная, как и остальные предметы мебели стиля модерн, Гюставом Серрюрье-Бови.
При жизни композитора в спальне было две кровати – одна – для него, а вторая – для супруги. Однако ввиду того, что в последние дни жизни Александра Николаевича эта комната превратилась сначала в больничную палату, а потом и в операционную, то кровать супруги было решено вынести. В итоге – она была утеряна. До наших дней сохранилась лишь та, на которой 27 апреля 1915 года по новому стилю закончился земной путь композитора.
Над кроватью можно наблюдать большой фотопортрет Скрябина, сделанный в 1910 году близким другом композитора Александром Эдмундовичем Мозером. На этом фото Скрябин запечатлён в необычном для себя виде. Он сидит достаточно вальяжно, у него взъерошены волосы и полузакрыты глаза, его пиджак небрежно распахнут.
Композитора застали врасплох. Летом 1910 года он усиленно работал над завершением партитуры симфонической поэмы «Прометей» – первого цветомузыкального сочинения. Момент окончания этой невероятно тяжёлой работы и запечатлел Мозер. Скрябин к съёмке был абсолютно не готов, поэтому его образ получился именно таким.
На левой стене находится последняя в собрании Музея картина Николая Викторовича Шперлинга – «Траурный марш». В отличие от остальных работ эта вызывает наибольшее количество вопросов: от сюжета до истории возникновения её в квартире композитора.
Картина была написана в 1913-м, за год до начала Первой мировой войны, однако, глядя на неё, создаётся ощущение, что художник знал, что произойдёт.
Две шеренги солдат – абсолютно безликих призраков или теней, идут в никуда. Нависшее, тяжёлое и беспросветное небо не даёт надежды на спасение. Всё это происходит на фоне зарева на горизонте. Что это – закат или рассвет – каждый решает для себя сам.
Последней комнатой является прихожая.