Информация о здании
История этого домовладения весьма любопытна. В 1823 году здесь был литературный кружок, организованный Раичем, воспитателем детей владельца дома генерала Муравьева. Его посещали Одоевский, Веневитинов и Тютчев. Заходил сюда и Пушкин, но, естественно, не как кружковец — с 1827 по 1831 год тут действовал Английский клуб, членом которого он и состоял. Тут же располагалось издательство журнала «Атеней», в нем Михаил Юрьевич Лермонтов впервые опубликовал свое стихотворение — ныне совершенно позабытую «Весну».
Самый пикантный период жизни участка пришелся на восьмидесятые годы XIX века. Тогда здесь находился «Салон-де-варьете», одно из знаменитых злачных мест Москвы, в просторечии называемое «Соленый вертеп». В газетах то и дело появлялись сообщения наподобие: «13 февраля на вечере в "Салон-де-варьете" крестьянин Иуда Константинов Немоляев обругал дворянина П-нова и произвел шум».
А в 1910 году произошло событие, о котором судачили несколько лет. В истории были замешаны четверо — директор Барановской мануфактуры Н. М. Журавлев, красавица Ольга Грибова, нефтяной магнат и меценат Н. Л. Тарасов, промышленник и меценат Н. П. Рябушинский.
Николай Лазаревич Тарасов — представитель богатого армяно-черкесского рода. Щеголь, богема, спортсмен и любитель прогресса (имел самый мощный в городе автомобиль). Пользовался английскими духами, название которых держал в тайне. Ежедневно прогуливался по Кузнецкому мосту, а по завершении прогулки в одиночестве сидел в кондитерской Трамбле.
Жил Николай Тарасов не в особняке, как следовало бы, а в съемной квартире. Правда, квартира поражала роскошью и обходилась съемщику отнюдь не дешево. Располагалась она в только что (1903 год) отстроенном по проекту архитектора А. Э. Эрихсона доходном доме № 9, с фасадом, отделанным модной плиткой и украшенном масками египетских фараонов. На первом этаже находился знаменитый меховой салон владельца доходного комплекса (включавшего строения под номерами 9 и 11) А.М. Михайлова. Горжетки, палантины и кокетливые шапочки, опушенные мехом от Михайлова, были престижными предметами дамского туалета.
Николай Тарасов занимал целый этаж строения, где проводил досуг за чтением модных романов, занятиями живописью и сочинительством. Но главным увлечением Тарасова оставался театр.
Сама история проста. Господин Журавлев прилично проигрался в карты. Обратился к своей возлюбленной Ольге Грибовой с тем, чтобы та одолжила ему необходимые средства. У нее денег не было, она пошла просить у Николая Тарасова. Тот отказал. Журавлев застрелился. Тарасов вместе с Грибовой отправились на панихиду по директору. После чего Грибова покончила с собой. Стрелялась неумело, попала в больницу, но спасти ее не смогли.
Николай Лазаревич по газетам следил за состоянием Грибовой. И, когда прочитал о ее смерти, накрылся одеялом (чтобы не слышали соседи) и выстрелил себе в висок.
Тут же поползли слухи о том, что застрелился еще и Николай Павлович Рябушинский — он тоже был влюблен в Грибову. Но тот тихо сидел в Петровском парке, на своей вилле «Черный лебедь», конечно, горевал, но стреляться все же не надумал.
Похороны Тарасова стали событием. «Московский листок» сообщал: «К 9 часам утра роскошная квартира покойного в доме Михайлова по Большой Дмитровке, декорированная тропическими растениями и цветами, переполнилась артистами и артистками Художественного и других театров, массой представителей литературно-художественного мира, членами армянских колоний и представителями торговых фирм. На гроб, закрытый дорогим покрывалом из серебряной парчи, была возложена громадной величины гирлянда из хризантем и белых лилий.
К подъезду была подана погребальная колесница с высоким балдахином из серебряного глазета. Все колонны и карнизы балдахина были обвиты в три ряда широкими гирляндами из живых роз, орхидей, лилий, хризантем и других цветов. Подъезд и лестница были усыпаны лавровыми листьями и живыми розами и хризантемами».
Ко времени выноса тела публики у дома Михайлова собралось немерено. В 11 часов металлический гроб был закрыт и на руках друзей и знакомых покойного вынесен на улицу. Процессия, сопровождаемая тысячной толпой провожавших и длинной вереницей экипажей, направилась по Кузнецкому мосту и другим улицам в армянскую Крестовоздвиженскую церковь.
Но не только этой трагедией знаменит дом. В 1906-1907 годах здесь жил актер МХАТ Л.М. Леонидов, в 1907-1911-х артист эстрады Н.Ф. Балиев, в 1920-х бывал писатель М.А.Булгаков.
Сегодня комплекс на Большой Дмитровке включает множество весьма колоритных строений во дворе, которые, к сожалению, не имеют охранного статуса. Сам дом 9 сохранил некоторую часть подлинных интерьеров и является объектом культурного наследия регионального значения.
