Усадьба Бутурлина

От Лефортовской площади к северу отходит улица, называвшаяся Хапиловской по речке и пруду рядом. В конце XIX веке ее переименовали в Малую Почтовую по находившемуся неподалеку почтовому двору.

В начале улицы за низким двухэтажным строением стоит дом, некогда бывший великолепным дворцом, расположенным в центре богатой усадьбы. Владельцы ее были и родовитыми и сановитыми – в 1759 году генерал-поручик и камергер Н.А.Корф, потом статский советник Ф.Г. Швет, с 1767 года – адмирал И.Л. Талызин, с 1789 - граф Дмитрий Петрович Бутурлин. Он расширил усадьбу, приобретя в 1794 году соседний участок слева, на углу с Госпитальным переулком у камер-советника прусского короля Генриха Никласа.

В 1805 году главный дом был одноэтажным, перед ним находился парадный двор, ограниченный каменными флигелями, соединяющимися чугунной оградой со львами на воротах. По свидетельству М. Д. Бутурлина (сына владельца усадьбы), дом был «…с просторным садом, занимал более 4 десятин, сад доходил до реки Яузы и примыкал одним боком к улице и мосту, ведущий к военному госпиталю. При доме тянулся ряд оранжерей и теплиц с экзотическими растениями».

Дмитрий Петрович Бутурлин был внуком фельдмаршала А.Б.Бутурлина и крестником самой императрицы Екатерины II, пожаловавшей ему при крещении чин сержанта гвардии. Перед ним открывалась блестящая карьера, но, увлекшись в молодости либеральными теориями, он просил императрицу отпустить его в Париж, в чем она ему отказала, и за что он, рассердившись, оставил службу в Петербурге и переехал на жительство в Москву. Бутурлин официально числился директором Эрмитажа, но там не появлялся, а занимался в своем доме в Немецкой слободе чтением, пополнением библиотеки и разведением редких растений – он страстно любил садоводство.

Библиотека его, насчитывавшая 40 тысяч томов, славилась не только в России, но и в Европе как одна из лучших частных библиотек. Бутурлин не отдавал кому-либо книги, но если уж не мог отказать, то немедленно покупал другой экземпляр той же книги и ставил вместо отданной. Он читал книги на многих языках, обладал прекрасной памятью и, несмотря на то, что не выезжал из России, досконально знал топографию крупных городов Европы, чем изумлял иностранцев, рассказывая об их родных местах – они не могли поверить, что Бутурлин не бывал там.

Богатейшее книжное собрание графа было открыто для посетителей. Английский путешественник Кларк писал: «Библиотека, несмотря на огромный зал, зимой постоянно отоплена. Довольно легко получить дозволение пользоваться ею. Здесь книги собраны не только для тщеславия; хозяин сам пользуется ими и предоставляет их другим».

Библиотека его, как и вся усадьба, сгорела в пламени московского пожара в сентябре 1812 г. Сын Бутурлина в своих записках пишет, что знаменитая библиотека не сгорела, а попросту была разграблена, так как у московских книготорговцев встречались позже книги из библиотеки Бутурлина: «Московский пожар сопровождался, как известно, грабежом, и этой участи не избегнул наш дом, хотя в нем квартировал сначала какой-то французский генерал. Отец наш не верил, не знаю почему, что часть его библиотеки сделалась военной добычей; но участвовавшие в военных действиях того времени Н.А. Дивов и дальний наш родственник А.С.Норов (такой же ярый библиоман, каким был мой отец) рассказывали мне впоследствии, что по мере занятия брошенных французских бивуаков нашими войсками (или при отбытии неприятельских обозов) обоим этим господам попадались книги, на переплете которых был наш фамильный герб, находившийся всегда на всех книгах нашей библиотеки. И от других лиц я слышал, что подобные книги встречались у московских уличных букинистов. Библиотека наша была богата и редкими рукописями, и между ними находилась собственноручная переписка французского короля Генриха IV с его министром Сюлли». Узнав о пожаре, истребившим известную библиотеку, граф Бутурлин перекрестился и только сказал: «Бог дал, Бог и отнял; да будет святая Его воля».

После ухода французов из Москвы и пожара своего дома, Бутурлин восстановил усадьбу и успел собрать другую библиотеку в 33 000 томов. Вторую библиотеку он начал составлять по переезде во Флоренцию. Это собрание продано было потом в Париже с аукциона.