Дом Пашкова

Дом Пашкова на Ваганьковском холме – один из самых известных памятников московского классицизма XVIII века. Здание возвели в 1784–1786 годах по заказу Петра Егоровича Пашкова. Имя автора проекта документально не установлено, однако архитектурная традиция связывает дом с В.И. Баженовым. Благодаря расположению на высоком холме напротив Кремля, ясной симметричной композиции и завершённому бельведером центральному корпусу здание сразу заняло заметное место в панораме Москвы.

«На закате солнца высоко над городом на каменной террасе одного из самых красивых зданий в Москве, здания, построенного около полутораста лет назад, находились двое: Воланд и Азазелло. Они не были видны снизу, с улицы, так как их закрывала от ненужных взоров гипсовая балюстрада с гипсовыми вазами и гипсовыми цветами. Но им город виден был почти до самых краев...»
– М.А. Булгаков, «Мастер и Маргарита»

Ваганьковский холм расположен напротив Боровицкого холма, на котором стоит Московский Кремль. Эта часть города связана с ранней историей Москвы. С середины XV века на Ваганьковском холме находился Государев двор – загородная резиденция московских князей. С местными подземельями позднее стали связывать легенду о библиотеке Ивана Грозного. Предположения о том, что она могла находиться под Ваганьковским холмом, остаются одной из исторических версий и документально не подтверждены.

Рядом с будущей усадьбой существовал храм святителя Николая Мирликийского в Старом Ваганькове, позднее вошедший в состав ансамбля Дома Пашкова.

В 1783 году землю на Ваганьковском холме приобрёл Пётр Егорович Пашков. Он происходил из семьи Егора Ивановича Пашкова, денщика Петра I. Сам П.Е. Пашков служил в лейб-гвардии Семёновском полку и достиг чина капитан-поручика, а после отставки занимался коммерческой деятельностью и винными откупами. Его состояние позволило начать строительство усадьбы, заметно превосходившей по масштабу обычные московские частные дома того времени.

Работы начались в 1784 году и завершились в 1786-м. Здание было построено быстро, но имя архитектора в документах не сохранилось. Наиболее распространённая версия связывает проект с В.И. Баженовым. Его авторство предполагают по характеру композиции, общей архитектурной манере и многолетней традиции, однако утверждать его как установленный факт нельзя.

С этой же версией связана легенда, согласно которой архитектор будто бы намеренно расположил дом так, что его парадный вход оказался обращён к Староваганьковскому переулку, а дворцовый фасад – к Кремлю. Подобное решение объясняли конфликтом В.И. Баженова с Екатериной II после прекращения его работы над дворцово-парковым ансамблем Царицына. Документальных подтверждений такому объяснению нет.

Расположение здания стало одной из важнейших частей архитектурного замысла. Склон Ваганьковского холма образует естественный постамент, над которым возвышается основной объём. Дом воспринимается не изолированно, а вместе с рельефом: высокий цоколь продолжает линию холма, центральный корпус поднимается над ним, а бельведер завершает композицию.

Фасад со стороны Моховой улицы ориентирован в сторону Московского Кремля. Дом поставлен по отношению к улице с небольшим поворотом, поэтому особенно выразительно воспринимается не только фронтально, но и с удалённых боковых точек. Такое положение позволило включить здание в широкую городскую панораму.

Для своего времени Дом Пашкова отличался необычным отношением к Кремлю. Высота Ваганьковского холма позволяла смотреть на кремлёвские башни и соборы практически с одного уровня, а не снизу вверх, как это происходило из большей части окружающей городской застройки.

Планировочная структура усадьбы основана на трёхчастной композиции. В центре находится главный корпус, по сторонам – два флигеля. С центральным объёмом они соединены одноэтажными галереями. Такая схема подчёркивает главенство средней части, одновременно растягивая ансамбль по горизонтали.

Центральный корпус завершён круглым бельведером. Именно он формирует главную вертикаль здания и делает силуэт Дома Пашкова узнаваемым издалека. Переход от основного объёма к бельведеру смягчён балюстрадой с декоративными вазами.

Фасады построены на сочетании строгой симметрии и развитой ордерной системы. Нижний этаж обработан рустом. Второй и третий этажи центрального корпуса объединены колоннами и пилястрами большого ордера. В центральной части использована свободная интерпретация коринфского ордера, во флигелях – ионического. Портики центрального корпуса и боковых объёмов образуют единый ритм.

Арочные оконные проёмы украшены замковыми камнями с львиными масками. В композицию входят скульптурные фигуры, растительные орнаменты, карнизы, балюстрады и декоративные вазы. Декор подчинён общей структуре фасада и не нарушает ясности классицистической композиции.

Важная особенность ансамбля – наличие двух по-разному трактованных фасадов. Обращённая к Моховой сторона имеет торжественный дворцовый характер. При этом настоящий парадный вход расположен со стороны Староваганьковского переулка. Там раскрывается парадный двор, а фасад приобретает более камерные черты городской усадьбы.

Въезд во двор располагался на оси центрального корпуса. Само пространство двора было построено таким образом, чтобы движение от сравнительно узкого въезда постепенно приводило к главному объёму здания. Контраст тесного подхода и широкого парадного пространства усиливал впечатление от архитектуры дома.

Парадные помещения первоначально находились в центральном корпусе. Главный вестибюль располагался по центральной оси здания. От него парадная лестница вела на второй этаж, к аванзалу и большому залу. Боковые флигели использовались преимущественно как жилые и служебные помещения.

Первоначальный интерьер XVIII века до нашего времени практически не сохранился. Многократная смена функций здания сопровождалась серьёзными перестройками внутренних помещений.

Перед фасадом со стороны Моховой первоначально находился сад. Его украшали террасы, каменные бассейны, фонтаны и скульптура. Современники отмечали редких птиц – павлинов, попугаев и китайских гусей. Сад был хорошо виден с улицы и привлекал большое число москвичей. Позднее из-за изменения планировки Моховой улицы и окружающего пространства значительная часть исторической территории была утрачена.

Во время пожара Москвы 1812 года Дом Пашкова серьёзно пострадал. Сгорел деревянный бельведер, были повреждены парапеты и галереи, погибли интерьеры и часть скульптурного убранства. Утрачен был и герб Пашковых, находившийся на центральном портике.

К этому времени здание уже играло важную роль в городской панораме, поэтому его восстановлению уделили особое внимание. Работы проходили в 1815–1818 годах и связываются с О.И. Бове, одним из главных архитекторов послепожарного восстановления Москвы.

Внешний облик старались приблизить к первоначальному, однако отдельные части изменили. Восстановленный бельведер получил новое ордерное решение. Боковые галереи, которые первоначально представляли собой открытые переходы, были перекрыты кровлей. Скульптурная группа и некоторые другие утраченные элементы XVIII века не восстанавливались.

С бельведером связан известный эпизод пребывания в Москве прусского короля Фридриха Вильгельма III. В 1818 году он посетил Дом Пашкова вместе с сыновьями. По сохранившемуся рассказу, увидев Москву с высоты, король преклонил колени и произнёс слова благодарности городу за роль России в освобождении Европы от Наполеона. Этот сюжет позднее изобразил художник Н.С. Матвеев.

После смерти П.Е. Пашкова дом продолжал принадлежать его наследникам. Со временем семья стала использовать его всё реже. В первой половине XIX века усадьба перешла государству: в 1839 году её приобрела казна.

В 1840-е годы здание приспособили для Московского дворянского института, выросшего из Университетского Благородного пансиона. Для нового учреждения потребовалась перепланировка внутренних помещений. В 1841 году проект перестройки составил А.В. Никитин, который работал совместно с И.И. Свиязевым. Позднее Дворянский институт был преобразован в 4-ю мужскую гимназию.

Решающим для дальнейшей истории здания стал перевод в Москву собрания государственного канцлера графа Н.П. Румянцева. Он был коллекционером, библиофилом, покровителем науки и собрал значительный комплекс книг, рукописей, произведений искусства, монет и других исторических предметов. После смерти Н.П. Румянцева его коллекция была завещана для общественного использования.

В 1862 году в Доме Пашкова открылись Московский публичный и Румянцевский музеи. Утверждённое императором положение определило работу одного из первых общедоступных музейных учреждений Москвы с публичной библиотекой.

С этого момента назначение бывшей частной усадьбы полностью изменилось. Парадные и жилые помещения постепенно занимали выставочные залы, книгохранилища и читальные помещения. Рядом с домом продолжал существовать храм Николая в Старом Ваганькове, также связанный с ансамблем.

В музей поступали книги, рукописи, живопись, графика, археологические и нумизматические собрания, фарфор, минералы и другие коллекции.

Одним из самых известных произведений собрания стала картина А.А. Иванова «Явление Христа народу», переданная музею императором Александром II.Из-за больших размеров произведения для него потребовалось отдельное выставочное пространство. В начале XX века рядом с главным зданием появился Ивановский зал.

Библиотека постоянно расширялась. Для посетителей требовались новые помещения. В 1870-е годы в левом флигеле был создан двусветный читальный зал примерно на 80 мест. В конце XIX века газовое освещение сменилось электрическим.

В 1915 году центральная часть Дома Пашкова подверглась масштабной реконструкции. Межэтажные перекрытия и часть внутренних стен были разобраны, что позволило создать большой читальный зал примерно на 300 мест. Именно тогда основное пространство приобрело многие черты, сохранившиеся в его последующем облике.

После революции судьба Румянцевского музея изменилась. В начале 1920-х годов его некнижные коллекции начали передавать в профильные московские музеи. Произведения живописи, графики, археологические и другие собрания вошли в фонды Государственной Третьяковской галереи, Государственного музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина, Государственного исторического музеяи других учреждений.

В 1925 году было принято постановление о ликвидации Румянцевского музея. Его библиотека стала основой Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина.

Изменилось и пространство вокруг дома. В 1930-е годы реконструкция центра Москвы затронула Ваганьковский холм. Часть старого сада была утрачена, историческую ограду разобрали, а связь здания с Моховой улицей стала иной.

В 1934 году на склоне появилась монументальная белокаменная лестница с террасой. Она изменила восприятие главного фасада: прежде здание было отделено от улицы садом и оградой, теперь к его высокому цоколю вела широкая лестница.

Советские перестройки особенно серьёзно затронули внутреннюю структуру. От первоначальной планировки XVIII века сохранилось немного. Помещения неоднократно приспосабливали под библиотечные фонды, читальные залы и служебные нужды.

В 1988 году Дом Пашкова закрыли на ремонт. Были начаты первые реставрационные работы, однако из-за прекращения финансирования их надолго приостановили.

Полномасштабная реставрация возобновилась в начале XXI века. Работы продолжались несколько лет и включали восстановление конструкций, фасадов, декоративных элементов и приспособление внутренних помещений для современной библиотечной работы.

После окончания реставрации историческое здание вновь открылось для читателей. В Доме Пашкова разместились отдел рукописей, отдел картографических изданий и отдел нотных изданий и звукозаписей Российской государственной библиотеки.

Современный предмет охраны распространяется не только на главный дом. В него входят центральный корпус с двумя флигелями, парадный двор и ворота, а также церковь Николы в Старом Ваганькове. Охраняются планировочная структура ансамбля, белокаменный цоколь, арочные окна, львиные маски на замковых камнях, портики, скульптурный и орнаментальный декор, лестницы XVIII–XIX веков, оформление парадного зала и другие исторические элементы.

Дом Пашкова остаётся частью Российской государственной библиотеки и одновременно сохраняет самостоятельное значение как памятник архитектуры федерального значения. Его положение на Ваганьковском холме по-прежнему определяет панораму Моховой и Боровицкой площади.

Именно высокая терраса и открывающийся от неё вид на Москву получили литературное продолжение в романе М.А. Булгакова «Мастер и Маргарита». Дом в романе прямо не назван, однако описание здания, с которого Воланд и Азазелло смотрят на город, традиционно связывают с Домом Пашкова.

Облик здания остаётся главным основанием его особого положения в московской архитектурной истории.Центральный объём с бельведером, строгая симметрия флигелей, одинаковый ритм портиков, развитая пластика фасадов и использование естественного рельефа образуют цельный ансамбль, рассчитанный на восприятие как с близкого расстояния, так и издалека.