Корней Иванович Чуковский (имя при рождении Николай Корнейчуков)

Корней Чуковский родился 31 марта 1882 года в Санкт-Петербурге. При рождении он носил имя Николай Корнейчуков. Его отец, Эммануил Соломонович Левенсон, оставил семью, и мать, Екатерина Осиповна Корнейчук, уехала с детьми в Одессу. Эта история происхождения на долгие годы осталась для будущего писателя болезненной темой. Впоследствии он не раз вспоминал, как тяжело переживал свою незаконнорождённость и чувство социальной незащищённости. Детство и юность прошли в Одессе. Там Николай учился в гимназии, однако закончить её не смог: его отчислили из пятого класса из-за низкого происхождения. Этот ранний опыт оказался для него не только личной травмой, но и важной частью внутренней биографии. Уже в молодости он много читал, самостоятельно занимался языками, выучил английский и французский. Позднее именно это самообразование стало основой его литературной судьбы.

С именем Чуковского связана и история собственного имени. С начала литературной деятельности он пользовался псевдонимом Корней Чуковский. Позднее к нему присоединилось отчество Иванович, и после революции это сочетание стало его настоящим именем. Так сложился тот литературный образ, под которым его узнала вся страна.

В литературу Чуковский вошёл не как детский писатель, а как журналист и критик. С 1901 года он начал печататься в «Одесских новостях». Большую роль в его ранней судьбе сыграл Владимир Жаботинский, близкий знакомый Чуковского и один из тех, кто ввёл его в журналистскую среду. В это же время складывался его стиль — живой, остроумный, полемический, рассчитанный не на пересказ чужих мыслей, а на собственную интонацию и точный удар.

В 1903 году Чуковский был отправлен корреспондентом в Лондон. Эта поездка стала для него важной школой. Он много работал в читальном зале Британского музея, знакомился с английской литературой, историей, публицистикой. Позднее именно это глубокое погружение в английскую словесность позволит ему стать одним из крупнейших русских переводчиков англоязычной литературы.

Вернувшись в Россию, Чуковский оказался втянут в события революции 1905 года. Он посетил броненосец «Потёмкин», а в Петербурге начал издавать сатирический журнал «Сигнал». Среди его авторов были А.И. Куприн, Ф. Сологуб, Тэффи. После четвёртого номера журнал был закрыт, а сам Чуковский арестован по обвинению в «оскорблении величества». Защищал его адвокат О. Грузенберг, добившийся оправдания.

С 1906 года начался куоккальский период его жизни. Чуковский поселился в Куоккале, где сблизился с И.Е. Репиным, В.Г. Короленко, позднее познакомился с В.В. Маяковским, Ф.И. Шаляпиным, А.Н. Толстым и другими деятелями культуры. Именно там возникла «Чукоккала» — рукописный юмористический альманах, который Чуковский вёл до последних дней жизни. Эта книга автографов и рисунков стала не только личным архивом, но и своеобразной летописью литературной среды нескольких десятилетий.

В те же годы он приобрёл известность как критик. После публикации переводов Уолта Уитмена в 1907 году его имя стало заметным в литературной среде. Он выступал против бульварной литературы, писал о современных авторах, защищал футуристов от нападок традиционной критики, выступал с публичными лекциями. Позднее его критические работы были собраны в книгах «От Чехова до наших дней», «Критические рассказы», «Лица и маски», «Футуристы». Уже в это время Чуковский был фигурой не узкопрофессиональной, а общественно заметной.

После революции он продолжал заниматься критикой и литературоведением. Вышли его книги о Блоке и о литературе современников — «Александр Блок как человек и поэт», «Ахматова и Маяковский». Однако со временем обстоятельства советской эпохи сделали такую работу всё более затруднительной, и сам Чуковский позднее говорил, что ему пришлось этот талант «зарыть в землю».

Обращение Чуковского к детской словесности произошло сравнительно поздно, когда он уже был известным критиком. В 1916 году он составил сборник «Ёлка» и написал свою первую сказку «Крокодил». Именно с этого времени начинается та линия его творчества, которая сделала его одним из самых известных детских писателей XX века.
В 1920-е годы одна за другой появляются сказки, ставшие классикой: «Тараканище», «Мойдодыр», «Муха-Цокотуха», «Бармалей», позднее «Айболит», «Телефон», «Федорино горе», «Чудо-дерево», «Путаница». Эти тексты заняли в русской детской литературе особое место. Они строились не на назидательности, а на ритме, игре, повторе, неожиданном словесном ходе. В них соединялись сказка, стих, речевая свобода и чувство детского восприятия мира.
При этом сам Чуковский хорошо понимал, что его литературная судьба в массовом сознании сужается до детского автора. Его известная реплика о том, что все другие его сочинения заслонены сказками, точно передаёт эту ситуацию. За всенародной славой «Мойдодыра» и «Мухи-Цокотухи» стоял огромный корпус критических, филологических, переводческих и мемуарных работ, который читался куда уже.
Особое место в его творчестве заняла книга «От двух до пяти». Она выросла из многолетних наблюдений за тем, как дети осваивают речь, как создают собственные словесные формы, как в их речи рождаются неожиданные языковые ходы. Эта книга впервые вышла в конце 1920-х годов и позднее получила развитие. В ней Чуковский выступил не просто как детский писатель, а как внимательный исследователь детской речи и мышления.
Детские сказки принесли ему не только славу, но и тяжёлые конфликты. В конце 1920-х и позднее они не раз подвергались жёсткой критике. Борьба с так называемой «чуковщиной» стала для него одним из самых болезненных эпизодов литературной жизни. Его обвиняли в несоответствии советской педагогике, в вредности и бессодержательности сказок. Под давлением этой кампании Чуковский был вынужден публично отречься от части своих сказок. Этот эпизод стал для него тяжёлым ударом и на долгое время отразился на работе.

Литературная биография Чуковского не исчерпывается сказками. Он много работал как переводчик и теоретик перевода. Его интерес к английской литературе сложился ещё в молодости и сохранился на всю жизнь. Он переводил и пересказывал Уолта Уитмена, Марка Твена, Редьярда Киплинга, О. Генри, Гилберта Честертона, Даниэля Дефо, Джеймса Гринвуда. Благодаря этим работам несколько поколений читателей входили в англоязычную литературу именно через Чуковского.

Из этой же практики выросли его книги о переводе — «Принципы художественного перевода», «Искусство перевода», позднее «Высокое искусство». Для него перевод был не технической операцией, но являлся самостоятельной литературной работой, требующей точности, тонкого слуха и понимания стиля. Именно поэтому в его книгах о переводе теория всегда соединяется с практикой и живым чувством языка.

Не менее значительна была его работа о Николае Некрасове. Чуковский посвятил этому поэту долгие годы, выпустил книги «Рассказы о Некрасове» и «Мастерство Некрасова», публиковал статьи, разыскивал тексты, возвращал в литературный оборот строки, ранее не печатавшиеся. За книгу «Мастерство Некрасова» в 1962 году он получил Ленинскую премию. Чуковский был не только популярным автором, но и крупным литературоведом, для которого текстологическая и историко-литературная работа имела не меньшее значение, чем собственное творчество.

К поздним книгам Чуковского относится и «Живой как жизнь», посвящённая русскому языку. В ней он писал о речевых искажениях, бюрократическом засорении языка, о канцелярских штампах, которые сам называл «канцеляритом». Эта книга заняла особое место в советской гуманитарной культуре, потому что говорила о языке не отвлечённо, а как о живой среде, в которой отражается состояние общества.

Отдельную линию составляют его мемуары и книги о современниках. Он писал о Репине, Житкове, Тынянове, Ираклии Андроникове, Блоке, Брюсове, Горьком, Маяковском. Эти тексты важны не только как воспоминания, но и как свидетельства человека, который долгое время находился внутри литературной жизни и видел её изнутри.

Семейная жизнь Чуковского была связана с Марией Борисовной Гольдфельд, на которой он женился в 1903 году. В семье родились четверо детей — Николай, Лидия, Борис и Мария. История семьи была неотделима от его биографии. Дочь Мария, Мурочка, умерла в детстве, и эта утрата оставила заметный след в его жизни и творчестве. Сын Борис погиб во время Великой Отечественной войны. Старший сын Николай стал писателем, дочь Лидия — писательницей и правозащитницей.

С конца 1930-х годов жизнь Чуковского связана с Москвой и Переделкином. В 1938 году он поселился в Москве и на даче в Переделкине, где прожил последние десятилетия. Во время войны он был эвакуирован в Ташкент, но позднее вернулся. Переделкино стало местом его поздней жизни, работы и общения. На даче он устраивал встречи с детьми, читал им стихи, беседовал с ними, приглашал писателей, артистов, лётчиков. Эта атмосфера переделкинского дома надолго сохранилась в памяти тех, кто бывал там в детстве.

В 1960-е годы Чуковский работал над пересказом Библии для детей. К этому проекту он привлёк других литераторов и тщательно редактировал текст. Книга «Вавилонская башня и другие древние легенды» вышла в 1968 году, но весь тираж был уничтожен. Лишь позднее она стала доступна читателю. Этот эпизод стал одним из последних крупных столкновений Чуковского с идеологическими ограничениями времени.

Поздние годы принесли ему официальное признание. Он был награждён орденом Ленина, орденами Трудового Красного Знамени, получил Ленинскую премию. Ему была присвоена степень доктора филологических наук, а в Оксфорде — почётная степень доктора литературы. Но вместе с признанием сохранялась и напряжённость его отношений с официальной литературной средой. Он поддерживал Бориса Пастернака, помогал Александру Солженицыну, выступал в защиту Иосифа Бродского.

Корней Иванович Чуковский умер в Москве 28 октября 1969 года. Похоронен он в Переделкине, рядом с местом, которое стало главным в его поздней жизни.