«Вечная, как чудное мгновенье»: балерина Екатерина Максимова

Екатерина Сергеевна Максимова родилась в Москве, в 1939 году. В детстве будущая звезда Большого не проявляла никакого специального интереса к танцу, зато обожала подвижные игры – казаки-разбойники, прятки, догонялки. Лазила с мальчишками по деревьям, заборам и крышам, носилась сломя голову наперегонки. Куклы и игрушки интересовали Катю лишь постольку поскольку, но как только в ее жизни возник театр, появилось непередаваемое ощущение восторга и волшебства.
Первым балетным спектаклем, который Катя Максимова увидела совсем в юном возрасте, оказался «Конек-Горбунок» на сцене Большого театра. Мама, журналист и редактор Татьяна Густавовна Шпет, рано начала водить дочь на музыкальные и драматические постановки. Максимову настолько увлек театр, что запрет пойти на очередной спектакль становился для девочки самым суровым наказанием. «До сих пор помню, как я однажды сильно провинилась – и мама порвала билеты у меня на глазах со словами: «Никуда не пойдешь!» Наверное, ничто другое не могло на меня подействовать так сильно», - вспоминала балерина в своей книге. Когда девочке исполнилось шесть или семь лет, мама повела ее в Музыкальный театр имени Станиславского и Немировича-Данченко на «Доктора Айболита» – легкий, задорный балет для детей. Вернувшись домой, Максимова никак не могла забыть чудесную Ласточку, поразившую ее до глубины души. «Ласточка, по-моему, единственная в этом спектакле танцевала на пальцах. Другие зверюшки бегали, прыгали, пританцовывали в туфельках, а это была настоящая классическая партия. Дома я рассказывала: «Вот это Ласточка делала, вот так она вставала на пальчики…» – и впервые пыталась еще и показать, станцевать увиденное. Тогда поняла: "Я тоже хочу так танцевать"».
Вскоре так и произошло. В 1949 году Екатерина Максимова поступила в Московское хореографическое училище (ныне Московская государственная академия хореографии).
«Здание на Неглинной. Здесь раньше находилось Московское хореографическое училище, здесь я сделала первые шаги в балете, здесь все началось. История нашего училища очень давняя: прежде именовавшееся Императорским, оно тогда объединяло училища Большого и Малого театров, так что будущие драматические артисты и танцовщики занимались вместе… Я еще успела окончить школу в этом старинном здании, хранящем дух театральных традиций прошлого, до того, как наше училище отделили от Большого театра и перевели на Фрунзенскую. В стенах училища прожита длинная-длинная жизнь: было много хорошего, много друзей, которые остались со мной на всю жизнь, много разных историй – и смешных, и грустных, масса детских трагедий и обид, но и первые успехи, и первые победы – я тоже встретила здесь», - писала в своей автобиографии Е.С. Максимова. Еще в школе она познакомилась с Владимиром Васильевым, выдающимся партнером и будущим супругом, в дуэте с которым станцевала знаковые партии на сцене главных подмостков мира.
Уже с первого класса ученики московской балетной школы начинали участвовать в спектаклях Большого театра, частенько выходя на сцену аж по пять раз в неделю. Когда кончались уроки, начинались репетиции, а после репетиций – спектакли, и так каждый божий день. Домашние задания приходилось готовить, где придется: на лестницах, подоконниках в театре, за кулисами в антракте. Максимова часто уходила из дома на целый день – с девяти утра и до десяти-одиннадцати вечера, когда мама забирала ее домой из театра. «Хорошо еще, что я жила рядом: можно пешком дойти. Но все-таки приходилось пересекать несколько улиц, а ведь подземных переходов еще не существовало, и милиционеры на каждом углу не стояли, только на больших перекрестках, – вот и перебегала улицы, где придется. Так мне приходилось переходить улицу Горького, потом Пушкинскую, Петровку и Неглинную, и, хотя количество машин, разъезжавших тогда по улицам, нельзя даже сравнить с нынешним, все же перебегать дороги было опасно».
Максимова училась у гениального педагога – Елизаветы Павловны Гердт, в прошлом примы-балерины Мариинского театра, на спектаклях которой бывал даже В. И. Ленин. Гердт (ученица основоположника классического романтического балета Михаила Фокина) танцевала на одной сцене, в одних спектаклях с «последними из могикан» – Анной Павловой, Тамарой Карсавиной, Вацлавом Нижинским.
Еще во время учебы талантливая, в прямом смысле всё схватывающая на лету ученица Екатерина Максимова тоже стала танцевать на сцене Большого, рядом с признанными мэтрами.
Уже в конце первого класса она танцевала партию птички в свите Феи Весны в балете Сергея Прокофьева «Золушка». «Четверо или шестеро птичек, мы прыгали-скакали вокруг Золушки, которую танцевала сама Галина Сергеевна Уланова».
«Мы видели великих артистов не только рядом с собой на сцене, мы видели, как они вели себя за кулисами. Это становилось на всю жизнь примером отношений: никто не навязывал нам какие-то обязательные образцы, но неписаные правила театрального братства входили в нас вместе с воздухом театра – естественно, как дыхание».
«Передо мной у станка стояли Галина Уланова, Майя Плисецкая, Раиса Стручкова, здесь – Марина Кондратьева, там – Нина Тимофеева, и движения задавал Асаф Мессерер или Марина Семенова. Я смотрела на них и «ровняла себя» – это тоже становилось настоящей школой. Наше счастье, что мы имели такие возможности. Училище при Большом театре – этим следовало гордиться!»
В восьмом классе Максимова исполнила партию Маши в балете П.И. Чайковского "Щелкунчик" в постановке В.И. Вайнонена. В 1957 году эта роль принесла ей первое профессиональное признание – золотую медаль на Всесоюзном конкурсе артистов балета в Москве. Вскоре за первой наградой последовало множество других.

В самом конце лета 1958 года в творческой биографии Максимовой произошло долгожданное событие: свежеиспеченную выпускницу зачислили в балетную труппу Большого театра. Буквально в тот же день стартовал ее первый театральный сезон. Хотя формально Максимову зачислили в кордебалет, она сразу же получила сольные партии – танцевала в четверке маленьких лебедей в «Лебедином озере», одну из подруг героини в «Жизели», вальс в опере «Иван Сусанин». Кроме того, Юрий Григорович доверил недавней выпускнице школы центральную женскую партию в балете Прокофьева «Каменный цветок», роль Катерины.
В течение трех десятилетий Максимова была ведущей солисткой балета Большого театра, где ей, помимо прочего, выдался шанс стать первой исполнительницей многих лирических партий, в том числе Принцессы Флорины в «Спящей красавице» Чайковского (хореография М. Петипа в редакции Ю. Григоровича, 1963 г.) и Принцессы Авроры (хореография Ю. Григоровича по М. Петипа, вторая редакция, 1973 г.); Фригии (в грандиозном балете «Спартак» А. Хачатуряна в постановке Ю. Григоровича, 1968 г.) Максимова также исполнила трогательную, мечтательную партию Маши в «Щелкунчике» П.И. Чайковского (в постановке Ю. Григоровича, 1966 г.) Максимова стала первой исполнительницей множества потрясающих партий и ролей, созданных специально для нее Владимиром Васильевым, - балетмейстером, педагогом, режиссером, ведущим солистом балета Большого. Ее визитной карточкой в Большом стала партия Китри в балете «Дон Кихот» (хореография А. Горского, 1965г.) и Джульетты («Ромео и Джульетта» С. Прокофьева, хореография Л. Лавровского, 1973 г.)
Максимова танцевала, бросая вызов невозможному, и говорила своим танцем то, что многие другие не могли объяснить словами. Одетта-Одиллия (хореография А. Горского, М. Петипа, Л. Иванова, А. Мессерера, 1968 г.) и Жизель (хореография Ж. Коралли, Ж. Перро и М. Петипа в редакции Л. Лавровского, 1960 г.) в исполнении Максимовой вошли в золотой фонд мирового искусства.
«Большой – это храм, вершина, средоточие лучших сил страны», - так всю жизнь искренне полагала Е.С. Максимова. Однако в 1988 году Екатерина Максимова и Владимир Васильев, вместе с другими солистами театра, включая Майю Плисецкую и Михаила Лавровского, покинули Большой, на сцене которого прошла практически вся их сознательная жизнь. В Большом Максимовой оставили лишь два спектакля - «Анюту» и «Жизель»… Первым в Большой вернулся Васильев – в 1995 году его назначили художественным руководителем-директором театра. Васильев руководил Большим театром несколько лет. Екатерина Сергеевна вернулась в свой альма-матер лишь спустя почти десять лет, и с 1996-2009 гг. работала балетмейстером-репетитором Большого. Среди ее учениц - Светлана Лунькина, Анна Никулина, Галина Степаненко, Марианна Рыжкина.
В 2019 году на Исторической сцене Большого театра прошел гала-концерт, посвященный 80-летию со дня рождения Екатерины Максимовой.

Екатерина Максимова выросла в уникальной семье. Ее дедушка - Густав Густавович Шпет - был выдающимся ученым, вице-президентом Академии художественных наук, профессором Московского университета и Высших женских курсов, членом художественного совета МХАТа, профессором Академии высшего актерского мастерства. Настоящий эрудит с энциклопедическим складом ума, Шпет занимался философией, лингвистикой, этнографией, логикой, психологией, создал Институт научной философии, знал семнадцать иностранных языков, обожал театр и литературу, поддерживал дружеское общение с кругом Андрея Белого и Валерия Брюсова, актером Василием Качаловым, композитором Николаем Метнером. Послушать лекции профессора Шпета в университете приходил Борис Пастернак, а его занятия в Алферовской гимназии посещала не только Марина Цветаева, но и будущая жена дедушки, Наталья Константиновна Гучкова, двоюродным дядей которой был Сергей Васильевич Рахманинов.
Екатерина Максимова родилась через два года после того, как дедушки не стало. Татьяна Густавовна часто рассказывала будущей балерине о той счастливой поре, когда в их доме собирались известные ученые, артисты, поэты, художники. Среди театральных друзей дедушки были мхатовские корифеи Василий Качалов и Иван Москвин; великие Александр Таиров и Алиса Коонен из Камерного театра, «человек-пароход» Всеволод Мейерхольд, для которого Шпет перевел «Даму с камелиями» А. Дюма. В гости к ученому также захаживали Михаил Булгаков, Юрий Олеша, а внучка Л. Н. Толстого, Анна Ильинична Толстая проникновенно и душевно исполняла цыганские романсы.
По воспоминаниям Екатерины Максимовой, её семья переехала в уникальный «мхатовский» дом, когда её маме исполнилось всего тринадцать лет.
«Наша семья поселилась в одном из первых московских кооперативов – в «доме МХАТа», как его называли. Дело в том, что организаторами, основателями, а потом и жильцами кооператива были, в основном, артисты МХАТа. Как-то раз они собрались и договорились строить себе дом. В эту компанию кроме мхатовцев входил и мой дедушка Густав Густавович, и Алексей Викторович Щусев – академик, знаменитый архитектор, который проектировал Казанский вокзал, Мавзолей, гостиницу «Москва», – он-то и стал автором проекта. Наш дом, построенный в 1928 году, сейчас находится там же, в Брюсовском переулке, 17, – это здание, вплотную примыкающее к старинной церкви Воскресения, что на Успенском Вражке».
В артистическом доме, спроектированном в стиле раннего советского конструктивизма, устроил себе квартиру-мастерскую и автор проекта, Щусев. «Предполагалось, что в нашем доме будет жить и Станиславский, но он сюда так и не переехал, а в предназначенной для Константина Сергеевича квартире поселилась его дочь Кира Константиновна. С людьми, составлявшими славу отечественной культуры, мы каждый день встречались во дворе, на лестничных площадках, здоровались, разговаривали, поднимаясь вместе в лифте», - вспоминала Е.С. Максимова. Память о доме детства и его удивительных жильцах Екатерина Сергеевна сохранила на всю жизнь.

Расположенный в древнем Московском Кремле, Государственный Кремлёвский Дворец был построен в 1961 году всего за 16 месяцев, в кратчайшие по тем временам сроки. Руководителем авторского коллектива зодчих, работавших над созданием проекта монументального здания, стал главный архитектор Москвы М.В. Посохин, удостоенный за свой концепт Ленинской премии. В торжественный день открытия Дворца, осенью 1961 года, был дан праздничный концерт, в который вошел фрагмент эпохального балета «Лебединое озеро» П. И. Чайковского. Кремлёвский Дворец - как театрально-концертная площадка - с первых дней работы был отдан в распоряжение Большого Театра в качестве «второго дома», второй сцены. На протяжении десятков лет на сцене Дворца с аншлагом шли оперные и балетные спектакли текущего репертуара Большого, устраивались долгожданные премьеры и юбилейные концерты.
В 1971 году на сцене Кремлевского Дворца состоялся дебют партнера и супруга Максимовой - народного артиста СССР Владимира Васильева - в новом для него качестве - балетмейстера. Ю. Григорович, являвшийся художественным руководителем «Икара», приветствовал рождение «нового, очень интересного и своеобразного балетмейстера». Балет «Икар» Сергея Слонимского в постановке Васильева тепло приняли и критики, и публика. В 1976 году Васильев сделал новую редакцию своего спектакля. По мнению Галины Улановой, новое прочтение стало настоящим откровением, «свершением». Обе редакции «Икара» шли на сцене Кремлевского Дворца. В 1990 году, когда танцовщик и балетмейстер Андрей Петров организовал Театр балета Кремлевского Дворца съездов, Екатерина Сергеевна приняла приглашение стать педагогом-репетитором молодых танцовщиц, которых «в буквальном смысле приходилось "ставить на ноги" – от пальчиков до пяток; воспитывать в них и технику, и чувства», - вспоминала в своей автобиографии Максимова. Максимова называла «Кремлевский балет» своим «новым домом». Так случилось, что именно здесь, по воли случая, легенда отечественного балета и сама станцевала свои последние спектакли – «Золушку» и «Ностальгию».

Все свои балетные партии в Государственном академическом Большом театре Максимова готовила под руководством Галины Сергеевны Улановой.
«Что значила для меня Уланова? Великая балерина – да! Тайна ее волшебного танца, тайна ее воздействия остается непостижимой. Педагог – да, конечно, да, но и гораздо больше, чем только педагог! Уланова для меня – Учитель во всем: в отношении к другим людям, в оценке событий, восприятии природы и искусства», - писала в своей книге «Мадам «Нет» Максимова.
Сергей Прокофьев, написавший для Улановой сказочную «Золушку», называл солистку Большого театра «гением русского балета». Партия Джульетты в его лучшем балете, «Ромео и Джульетта», стала визитной карточкой Улановой, а за роль Золушки балерина, сумевшая «поженить» неподдельные чувства и непревзойденное мастерство, получила Сталинскую премию.
Последние двенадцать лет своей жизни великая балерина прожила в сталинской высотке на Котельнической набережной. В 2004 году ее квартира стала музеем, в котором успели побывать не только поклонники балета, но и те, кто был вхож в дом Улановой при жизни балерины. Среди бесценных экспонатов музея оказались не только балетные туфли Анны Павловой, Тамары Карсавиной и Михаила Фокина, но и специальный молоточек для разбивания клея у мысков балетных туфель. Свой личный инструмент, тяжелый и увесистый, Уланова когда-то подарила своей любимой ученице, Максимовой, которая хранила его, как зеницу ока и брала с собой на все гастроли, а когда пришло время, передала в качестве реликвии в музей.
Екатерина Максимова стала первой ученицей Улановой после того, как народная артистка СССР в 1960 году оставила сцену и переключилась на роль педагога. «Уланова считала самым главным целостность спектакля, целостность образа: она добивалась, чтобы я не только технически безупречно станцевала, но, чтобы проживала жизнь моей героини. Не любила внешних эффектов, вычурности и показного блеска, не признавала этого ни в танце, ни в сценической игре. Ее строгий вкус призывал к иному: она направляла все внимание в глубь психологического постижения человеческой души и к поэтической выразительности танца. Если что-то советовала на репетиции – то всегда спокойно, ненавязчиво и настолько тактично, что в результате начинало казаться, будто я сама дошла до всего этого. Галина Сергеевна никогда не поучала, не требовала бездумного подчинения – она только размышляла вслух вместе со мной, искала то, что окажется ближе именно для моей артистической индивидуальности», - вспоминала Екатерина Сергеевна. Таким же вдумчивым и кропотливым педагогом стала и сама Максимова.
Екатерина Сергеевна всю свою жизнь чему-то училась, впитывала новые знания, новый опыт. В 1980 году она окончила ГИТИС по специальности «балетмейстер-репетитор», и с 1982 года преподавала на кафедре хореографии классическое наследие и композицию танца; в 1996 году ей было присвоено звание профессора.
Максимова снималась в экранизациях балетов, фильмах-балетах («Хрустальный башмачок», «Анюта», «Старое танго», «Галатея», «Фрагменты одной биографии», «Фуэте» и многих других), документальных фильмах, выступила в роли серьезной драматической актрисы в моноспектаклях «Песнь песней» и «Художник читает Библию». Балерина исключительного честолюбия, дерзания и глубокой внутренней культуры.