Маршрут по Москве лётчика Алексея Маресьева: к 110-летию Героя

В доме номер 19 на улице, до начала 1990-х носящей имя классика советской литературы Максима Горького, обитали представители культурной элиты в лице поэтов Алексея Суркова и Михаила Исаковского, художника Александра Лактионова, автора знаменитой жанровой картины «Письмо с фронта». Среди не менее известных жильцов сталинской многоэтажки была и звездная пара, снискавшая всесоюзную славу и всенародную любовь: Константин Симонов и Валентина Серова. Здесь также обитал создатель первого в СССР самолета, достигшего в полете скорости звука, — авиаконструктор С. А. Лавочкин. 

Герой Советского Союза Алексей Маресьев поселился в доме на углу Тверской и Большой Бронной улиц в 1948 году. Сегодня здесь установлена мемориальная доска в его честь. Автор «Повести о настоящем человеке» Борис Полевой вспоминал, что Маресьев продолжал жить активной жизнью в мирное время — занимался гимнастикой, ездил на велосипеде, бегал на лыжах, продолжал быть кумиром и примером для миллионов. Как вспоминал Полевой, по утрам мальчишки толпились гурьбой у подъезда дома, сопровождая легендарного летчика по пятам. «Наделяли вы делов со своей книгой. Житья не стало, хоть гримируйся или бороду отращивай», — шутил Маресьев. Самым удивительным было то, что несмотря на славу, он всю жизнь оставался таким, каким был при первом знакомстве: «простым, деятельным, отзывчивым, и даже немножко застенчивым». 

В его квартире хранились десятки изданий «Повести о настоящем человеке», переведенной на множество языков, однако сам Маресьев вспоминать о самых трагических моментах своей биографии не любил.

Он никогда не кичился своей славой, но искренне радовался, когда его пример помогал другим. Так, в 1949 году летчик получил письмо от испанки, которая находилась на грани отчаяния и собиралась покончить с собой. Прочитав книгу Бориса Полевого, женщина оставила эту страшную мысль. История мужества советского пилота вселила в нее надежду, которая помогла ей начать жизнь с чистого листа.

Послевоенный этап жизни Алексея Маресьева был тесно связан с образованием и научной деятельностью. В 1952 году он окончил Высшую партийную школу, а спустя четыре года — аспирантуру Академии общественных наук при ЦК КПСС. В том же 1956 году Алексей Петрович успешно защитил диссертацию, став кандидатом исторических наук. Свой научный труд Маресьев посвятил детальному разбору сражения на Курской дуге — той самой битве, где он когда-то сам воевал на протезах и совершил свой главный боевой подвиг. В этой работе, которая позже была издана отдельной книгой, лётчик-фронтовик уже как учёный-историк исследовал ключевые причины победы советских войск над гитлеровской Германией.

У стен Кремля, в Александровском саду, расположен главный воинский мемориал страны — Могила Неизвестного Солдата. Памятный комплекс создали в честь защитников Родины, погибших в годы Великой Отечественной войны. Возведение комплекса приурочили к 25-летию разгрома немецких войск под Москвой. Над проектом работали архитекторы Д. И. Бурдин, В. А. Климов, Ю. Р. Рабаев и скульптор Н. В. Томский. Визуальным центром мемориала является надгробная площадка из блоков красного глянцевого гранита, на которой установлена бронзовая скульптурная композиция — лавровая ветвь и солдатская каска, лежащие на боевом знамени. В центре пятиконечной звезды горит Вечный огонь Славы, озаряющий лаконичную надпись: «Имя твоё неизвестно, подвиг твой бессмертен». Тему гражданского подвига продолжает Аллея городов-героев с гранитными тумбами, внутри которых хранятся капсулы со священной землей с полей главных сражений.

Вечный огонь у Могилы Неизвестного Солдата впервые загорелся в канун Дня Победы, 8 мая 1967 года. Символ памяти о борцах с фашизмом доставили прямиком из Ленинграда, где факел зажгли от огня на Марсовом поле. До столицы его везли на бронетранспортере в сопровождении почетного эскорта. На Манежной площади у ворот Александровского сада эстафету принял легендарный летчик Алексей Маресьев. Герой Советского Союза волновался и попросил своего старшего сына Виктора быть рядом в столь ответственный момент. Маресьев успешно пронес факел по аллее сада, после чего руководитель страны Л.И. Брежнев собственноручно зажег Вечный огонь.

Ежегодно 9 мая мемориал принимает тысячи людей, приходящих возложить цветы и почтить память павших минутой молчания. Венки к Вечному огню регулярно возлагают многочисленные делегации, включая глав иностранных государств и правительств, прибывающих в Москву. С 1997 года у Могилы Неизвестного солдата установлен пост почетного караула — Пост № 1.

Обладатель железной силы воли — Алексей Маресьев — стал главным героем культовой «Повести о настоящем человеке» Бориса Полевого, которая была опубликована в 1946 году. Писатель познакомился с летчиком на фронте, на Курской дуге, в 1943 году, когда работал военным корреспондентом газеты «Правда», и услышал поразительные подробности его биографии из первых уст. Полевого восхитил не только сам факт возвращения пилота в небо, но и его обезоруживающая скромность. Удостоенный звания Героя Советского Союза за спасение в бою двух самолётов своих товарищей, Алексей Маресьев неохотно говорил о себе, считая свой поступок чем-то само собой разумеющимся.

История Маресьева настолько впечатлила Полевого, что он перенес её на бумагу, изменив лишь одну букву в фамилии своего персонажа. «Повесть о настоящем человеке» переиздавалась в СССР свыше 80 раз, став настольной книгой для нескольких поколений советских школьников. В 1948 году по ее мотивам был снят фильм с Павлом Кадочниковым в главной роли. И литературное произведение, и его экранизация были удостоены высшей награды СССР — Сталинской премии.

Судьба выдающегося пилота, потерявшего в 1942 году обе ноги, но — вопреки всему — нашедшего в себе силы вновь сесть за штурвал истребителя, вдохновила выдающегося композитора Сергея Прокофьева на написание оперы. В августе 1948 года автор «Войны и мира» завершил работу над музыкальной версией «Повести о настоящем человеке». Путь произведения к зрителю оказался тернистым. Композитор при жизни не увидел свое творение на большой сцене. Долгожданная премьера оперы (в новой редакции, подготовленной уже после смерти автора) состоялась в Большом театре 7 октября 1960 года. Отвечая на вопрос, понравилось ли услышанное и увиденное ему самому, Маресьев со свойственной ему прямотой резюмировал: «Хорошо сымитирован звук мотора». Ему всегда было неловко говорить о себе, — он привык думать о других.

Поход в оперу всегда был для Маресьева своего рода испытанием. В семье любили вспоминать, как в молодости Алексей пригласил свою будущую жену, Галину, на «Евгения Онегина». Во время исполнения проникновенной арии, чтобы хоть как-то разрядить обстановку, он внезапно предложил рассказать девушке анекдот. Именно таким Маресьев навсегда остался в памяти родных и близких: искренним, преданным, настоящим. Он действительно «был, а не казался».

С 1956 года и до последних дней жизни Алексей Петрович Маресьев занимал пост ответственного секретаря, а затем первого заместителя председателя Советского комитета ветеранов войны. Первым председателем этой организации был Маршал Советского Союза Александр Михайлович Василевский. 

Маресьев посвящал все свое рабочее и нерабочее время популяризации памяти о Великой Отечественной войне, организации ветеранского движения. По предложению Маресьева и инициативе Василевского московский Парк Горького стал традиционным местом встреч фронтовиков в День Победы. Эта традиция зародилась в послевоенные годы. Заняв пост ответственного секретаря комитета, Маресьев направил письмо в ЦК с предложением отмечать День Победы проведением торжественных собраний, а в школах проводить парадные линейки. Еще одно письмо общественный деятель направил председателю Моссовета, с предложением о проведении 9 мая в Парке Горького встречи ветеранов защитников Москвы, ополченцев. Благодаря Маресьеву такой праздник стал ежегодным. 

Герой Советского Союза превратил комитет в мощный инструмент поддержки фронтовиков. Он лично рассматривал тысячи писем, помогая ветеранам со всей страны решать вопросы с лечением, получением жилья, пенсий. Несмотря на свою не только всесоюзную, но и мировую славу, Маресьев оставался открытым, доступным для каждого, кто нуждался в его помощи. «Единственная обязанность человека на земле — правда всего существа», — считала Марина Цветаева. Для Маресьева этой сермяжной правдой было его служение людям. Народное признание не заставило себя ждать. Сын летчика, Виктор, вспоминал примечательную деталь. На почтовых конвертах люди со всей страны почти с детской наивностью писали лишь три заветных слова: «Москва. Кремль. Маресьеву», предполагая, что знаменитый летчик живет в одной из кремлевских башен. Почта работала безотказно, доставляя Маресьеву корреспонденцию со всех концов земли. Среди тысяч посланий были пачки покаянных писем от немцев. Бывшие солдаты вражеской армии адресовали слова раскаяния человеку, ставшему для многих олицетворением несокрушимости русского духа.

Несмотря на тяжелые ранения, Маресьев всю жизнь сохранял строжайшую армейскую дисциплину: вставал на рассвете, делал часовую зарядку и в 9 утра уже сидел за своим рабочим столом в здании на Гоголевском бульваре — бывшей усадьбе князя Оболенского. Особое внимание легендарный летчик уделял воспитанию молодежи. Он регулярно выступал в школах, воинских частях, университетах, делясь своей личной историей не ради бахвальства, а чтобы доказать: человек способен одолеть любые преграды.

Борис Полевой написал «Повесть о настоящем человеке» в Нюрнберге, в Германии, всего за 19 дней. Это произошло во время знаменитого Нюрнбергского процесса, в котором писатель участвовал в качестве военкора газеты «Правда». Полевой долго не мог подступиться к истории Маресьева, которую набросал в блокнот еще в 1943 году, и которая никак не выходила у него из головы. «Спусковым крючком» к тому, чтобы наконец начать работу, послужили многочасовые заседания военного трибунала и допрос «второго наци» Германа Геринга. Полевой вспоминал, как его возмутили хладнокровные рассуждения фашиста о феномене русского характера, «недоступном для понимания Запада». 

В послевоенные годы в Москве проходило совещание глав МИД стран антигитлеровской коалиции. Событие привлекло огромное число иностранных корреспондентов. Среди них оказались и зарубежные коллеги Бориса Полевого, с которыми он сдружился ещё на Нюрнбергском процессе.

Два югославских корреспондента обратились к Полевому с просьбой рассудить их необычное пари с американским коллегой. На кону стояли пять завидных ужинов. Суть спора заключалась в категорическом неверии американца в послесловие к «Повести о настоящем человеке». Тот был убеждён, что описанная история — чистый вымысел, а реальный прототип — с изменённой на одну букву фамилией — просто не может существовать в реальности. Американец, сам в прошлом военный лётчик, заявлял, что истребитель — сложнейшая техника, управлять которой без ног и тем более побеждать в воздушных боях сильного противника физически невозможно. Кроме того, его искренне поражали мотивы главного героя, Маресьева. Он утверждал, что история Полевого выглядела бы правдоподобно, только если бы автор показал какую-то понятную всем мечту пилота: например, стремление стать генералом или возглавить после войны крупную промышленную корпорацию.

Полевой не стал тратить время на пустые споры. Просто попросил Маресьева приехать в гостиницу «Советская» на Ленинградском проспекте. Появление на ужине живой легенды расставило всё по своим местам. Как вспоминал сам писатель, американцу оставалось лишь в прямом смысле «расплатиться по счету» за своё неверие в правдивость советской литературы и силу духа советского Человека.