Информация о здании
Чтобы увидеть этот дом, надо свернуть с парадной Большой Дмитровки и пройти во двор. Странный дом: один из трех ризалитов словно ампутирован не слишком умелым хирургом, ряд ложных окон, обращенный к Дмитровке фасад обработан рустом, но и задний фасад выделяется монументальным ризалитом по центру, словно аверс и реверс когда-то менялись местами.
Обозначение застройки этого места можно найти уже в XVI веке, на Петровом чертеже. А в XVII появляется и хозяин — окольничий Родион Матвеевич Стрешнев. От него усадьба на Дмитровке перешла к сыну, а затем внуку. В 1734-м появляется первое достоверное упоминание о палатах, хотя, может быть, дом и старше. Некоторые исследователи полагают, что сводчатые комнаты в южном крыле — принадлежность объема XVII века.
В 1808 году хозяйкой становится Е. П. Глебова-Стрешнева. При ней разрабатывается план классической композиции усадьбы, но осуществить его не успевают, мешает война. Главный дом, к тому времени уже трехэтажный, стоит фактически в центре; двухэтажные флигели с арочными проездами, что по Камергерскому, сдаются внаем. В одном из них располагается редкий для частных домов манеж, который снял для себя князь Касаткин-Ростовский. Одно из строений усадьбы под магазин дамских уборов арендует купец Доминик Сихлер, к которому за шляпками ходила сама Наталья Николаевна Гончарова.
По проекту 1811 года предполагалось выстроить флигели с севера, симметричные южным, а парадный въезд перенести из переулка на Дмитровку. Для этого потребовалось дом, стоявший до сих пор к улице задом, «развернуть» (вот и два фасада). Частично замысел реализовали в 20 — 30-е годы XIX века. Тогда же восстанавливали и сам главный дом, погоревший в 1812-м. Работы затянулись почти на десять лет; двор, чтоб не пустовал, отдали под постойную повинность. В это же хлопотное «ремонтное» время в доме под надзором полиции живет около года Владимир Алексеевич Мусин-Пушкин.
Как только реконструкция заканчивается, в главном доме селится домовладелица, а усадьбу незамедлительно освобождают от постоя. В 1854 году очередным переустройством (для поправки финансов) занимается внук Елизаветы Петровны Федор Петрович. Он часть нежилых строений делает жилыми, арочные проезды застраивает, чтобы увеличить площадь; флигели по переулку с той же целью частично надстраивает третьим этажом. Квартиры при нем снимают Михаил Вильгельмович Рихтер — доктор медицины, директор повивального института, акушер, и Алексей Александрович Мартынов, историк, археолог и архитектор, участвовавший в реставрации кремлевских церквей и дворцов.
С1862 года владельцем становится Иван Павлович Шаблыкин, один из богатейших московских жителей и крупнейших домовладельцев. Новое приобретение он сдает частично доктору медицины Н. В. Брусе (с правом строительства) и частично купцу Герасиму Ивановичу Хлудову, почетному гражданину и коллекционеру картин, преимущественно русской школы. Первый надстраивает один из домов во дворе помещением фотогалереи, второй больше интересен теми, кому он квартиры сдает.
3 февраля 1866 года в дом въехала семья Толстых. Они сочли необходимым снять отдельную квартиру на период пребывания в Москве. В дневнике Софья Андреевна напишет: «Вся жизнь шла хорошо, я все любила в Москве, даже нашу Дмитровку и нашу душную гостино-спальню и кабинет, где Лева лепил свою красную лошадь и где сидели, бывало, вдвоем вечера». Неподалеку любимая писателем гостиница «Шевалье», переулками можно дойти до гимнастического зала Якова Пуаре. В этой поездке Толстой знакомится с Михаилом Башиловым, родственником Берсов, художником, проиллюстрировавшим грибоедовское «Горе от ума». Сюда же приходит Катков, чтобы уговорить Толстого отдать в «Русский вестник» для публикации следующую часть «1805 года» (войдет в «Войну и мир»). Лев Николаевич соглашается. А 27 февраля читает здесь главы будущего романа «Война и мир» собравшимся почитателям.
В октябре 1867 года в гости к родным наведывается поэт Федор Иванович Тютчев. Семья его дочери снимает здесь квартиру, визит же связан с неудачными родами Анны. Иван Сергеевич Аксаков, муж Анны Федоровны, публицист, общественный деятель, издатель в это время издает славянофильскую газету «Москва», редакция располагается прямо в квартире.
В 1883 году в доме появилась еще одна редакция — сатирического журнала «Будильник». Это еженедельное издание с двумя тысячами подписчиков, для которого пишут, а следовательно, и бывают здесь И. И. Дмитриев, Ф. М. Решетников, М. М. Степановский, Г. И. Успенский… И Антон Павлович Чехов. Рисунки в журнал под псевдонимами «Ф. Ш.» и «Финь-Шампань» делает молодой Федор Осипович Шехтель, тогда еще только помощник архитекторов Каминского и Терского.
Сама усадьба в конце XIX века значительно прирастает. В 70-е годы третий этаж получает северный флигель, в начале 80-х строят одноэтажный каменный торговый павильон для цветочной галереи вдоль красной линии Дмитровки. К 1900 году первые этажи строений по Камергерскому и Дмитровке сплошь заняты магазинами и мастерскими, на вторых — живут их владельцы. Есть здесь и гастрономический магазин Гамбургера, и его же ресторан, и склад вин Бекмана. В главном доме первые этажи занимают квартиры, третий — контора Правления Москворецкого пароходства. Годовой доход со всего владения составляет 36 тысяч рублей.
В бывшем главном доме до сих пор жилые квартиры и, как ни странно, планировка 20 — 30-х годов XIX века (две анфилады и два центральных парадных зала) сохранилась. Сам дом находится в критическом состоянии — особенно это очевидно при взгляде с обратной стороны.
