Большая поляна на углу Моховой улицы и улицы Знаменки раньше была кварталом двух-трехэтажных домов. На этом месте в начале XVIII века располагались большие владения знаменитого князь-папы Никиты Зотова. Потом они перешли к его внуку Никите Васильевичу.
В начале 1740-х усадьба принадлежала уже князю Федору Ивановичу Голицыну. В 1757 году он продал этот участок за 1800 рублей жене статского советника Ивана Христиановича Эйхлера, Анне Эйхлер. Иван был другом Артемия Волынского, обвиненного в попытке государственного переворота, за что и пострадал – его сослали в Сибирь. В конце XVIII - начале XIX века дом принадлежал князю Павлу Петровичу Шаховскому, который жил в другом своем доме на Пречистенке. Женат он был на Агафоклее Алексеевне ур. Бахметьевой. У них было четыре сына и шесть дочерей.
В 1867 году большое владение разделилось на три части – на углу Моховой и Знаменки (дом 2), Знаменки (дом 4) и по Моховой (дом 6). Теперь остался только дом 6. Остальные дома снесены в 1972 году к приезду американского президента Р.Никсона, отчего эта лужайка получила название «Лужайка Никсона».
Домом 6 на Моховой улице владели дочери князя Павла Шаховского Ирина и Софья.
В 1867 его купил Иван Кузьмич Бакланов, директор Товарищества Купавинской суконной фабрики. Он взялся перестроить старый главный дом усадьбы. В 1868 году архитектор Каминский объединил старый дом и флигели и создал строгий классический фасад с четырехколонным портиком с колоннами ионического ордера.
В 1892 году дом у Бакланова покупает богатая иркутская купчиха Юлия Базанова. В этом году она с дочерью становится единственной наследницей золотопромышленного производства семьи умершего мужа и свекра. Оставляет дело в Иркутске на помощников, а сама переезжает в Москву и отдается делам благотворительности. На ее деньги выстроена клиника ушных и горловых болезней при медицинском факультете Императорского Московского университета на Девичьем поле, на углу Олсуфьевского переулка и Боженинского переулка. Это была вторая в России лор-клиника, построенная по специальному проекту и оснащенная всеми научными новинками того времени. Московская городская дума приняла решение присвоить новой клинике имя Ю.И. Базановой. И дальше она продолжала вкладывать большие средства в разные благотворительные учреждения Иркутска и Москвы.
К 1906 году ее финансовое положение сильно ухудшилось, и она была вынуждена продать дом на Моховой.
Дом купил мануфактур-советник Николай Михайлович Красильщиков, директор и распорядитель мануфактуры "Анна Красильщикова и сыновья" в селе Родники Костромской губернии. Там вырабатывался одежный товар, который славился своим стойким черным цветом. Красильщиков был женат на красавице Елизавете Алексеевне Дружниковой. Ее портрет кисти В. Серова 1906 года украшал вестибюль этого особняка. Сейчас он находится в Краснодарском краевом художественном музее. Елизавета Красильщикова позировала художнику в бриллиантовом колье. В Москве ходил анекдот, что когда она в нем выезжает в свет, то для охраны ей нанимают двух телохранителей.
Николай Михайлович имел очень красивый тенор, по мнению многих лучше, чем у Карузо. Он учился пению в Италии, пел только итальянские оперы и имел необычайный авторитет в московских оперных кругах. Многим, в том числе, А. Неждановой и Л. Собинову, он давал уроки пения и наставления. В доме на Моховой бывало немало известных людей, музыкантов, художников.
В 1920 году Красильщиковым удалось перебраться во Францию, где Николай Михайлович скончался от инфаркта. Елизавета Алексеевна после его смерти вышла замуж за графа Сергея Сергеевича Шереметева.
После революции в особняке было общежитие для командированных текстильного комбината. Потом его отдали Государственной библиотеке им. Ленина и здесь расположился институт библиотековедения, в 1950-м его сменил музей Калинина. Теперь здесь центр восточной литературы РГБ.
