Москва Финансовая

За неприметными фасадами Никольской улицы скрывается целый мир — величественный комплекс Монетного двора. Он протянулся от Воскресенских ворот до Заиконоспасского монастыря, но с улицы его истинные масштабы не разглядеть. За соседними зданиями прячутся три обширных двора, разделённые старинными палатами с проездной аркой — словно три эпохи, застывшие во времени.

В глубине квартала, перпендикулярно шумной Никольской, притаились кирпичные палаты в стиле барокко — самое старое здание комплекса. На улицу выходит лишь его боковой фасад, и только внимательный взгляд заметит за стенами Казанского собора фрагмент изразцового декора — отблеск былой роскоши.

Закройте глаза и представьте: под вашими ногами — подвал, где когда‑то хранились драгоценные металлы, мерцающие в свете факелов. Поднимитесь выше — и вы окажетесь в кузнице и плавильной палате: здесь раздавался звон молотов, воздух дрожал от жара печей, а в пламени рождались золотые и серебряные монеты. Ещё этажом выше — пробирная, казначейская и кладовая: тихие комнаты, где взвешивали судьбу целых состояний.

Фасады верхнего этажа до сих пор хранят память о мастерстве старых зодчих: резные белокаменные наличники, изящные полуколонки и полихромные изразцы, словно застывшие цветы, распустившиеся на кирпичной стене. До 1797 года здесь чеканили монеты — золотые, серебряные, медные, — и каждый звон металла был частью истории России.

1730‑е годы принесли новые очертания ансамблю. Архитектор П. Гейден возвёл по внешнему контуру дополнительные корпуса в стиле барокко. В них разместилось Московское губернское правление — здесь вершились судьбы губерний, подписывались указы, шелестели пергаменты.

При Екатерине II знаменитый зодчий М. Казаков преобразил одно из помещений в парадный зал присутственных мест. Величественные своды, лепнина, отблески свечей в зеркалах — здесь кипела чиновничья жизнь. Но рядом, в тени парадных залов, жила и другая история: тюрьма, существовавшая при дворе с давних времён.

Среди её узников — Емельян Пугачёв, закованный в кандалы перед отправкой на казнь, и Александр Радищев, чьи строки «Путешествия из Петербурга в Москву» потрясли империю. Мемориальная доска на стене со стороны Исторического проезда напоминает: здесь, в этих стенах, рождались и ломались судьбы.

1806 год — над комнатами шестигласной думы вырастает башня‑каланча. Она пронзает московское небо, словно страж, следящий за городом. Но век XX безжалостен: в 1930‑х её разбирают, и башня исчезает, как и многие другие приметы старого времени.

Конец XIX века меняет облик квартала: вплотную к Монетному двору прирастает массивное здание Московской городской думы. Оно закрывает вид со стороны Театральной площади, словно занавес, отделяющий прошлое от настоящего.

1900 год — архитектор Л. Кекушев придаёт фасадам, выходящим на Никольскую, новое лицо. Возникают Никольские торговые ряды: витрины манят прохожих, в залах звучит смех покупателей, а часть старых построек, повидав монеты и кандалы, приспосабливают под лавки — новая жизнь в старых стенах.

Сейчас комплекс живёт новой жизнью, но по‑прежнему хранит тайны. Доступ внутрь — по пропускам: в бывших цехах Монетного двора расположились служебные помещения Государственного исторического музея.

Один из внутренних дворов, перекрытый в 2012 году, превратился в Музей войны 1812 года. Здесь, среди экспонатов, оживает эпоха Наполеона и Кутузова, а каменные стены, видевшие чеканку монет и шаги заключённых, теперь хранят память о подвигах. Впереди — дальнейшая реконструкция, которая, возможно, откроет новые главы этой удивительной истории.

Осмотрев Красный Монетный двор (Китайский или Старый), вспомним, как при Петре I здесь внедрялись новации денежного производства. Интересно, что монетная чеканка ушла из Москвы в конце XVIII века и вернулась только в ХХ веке (подробнее об этом можно узнать на сайте Музея Банка России).

В глубине между домом 11 и домом 17 расположено Мещаниново подворье. Подворье, это здание, совмещавшее торговые лавки и конторские помещения. Здесь находился Бубновский трактир (известный также как «Бубновская яма»). Он располагался рядом с дореволюционным «Московским Сити», улицей Ильинкой, и служил не просто заведением общепита, а местом для неформальных деловых переговоров: купцы, промышленники и мастеровые здесь обсуждали условия и заключали сделки.

Коротко поясним: в старину словом «гость» называли не посетителя, а купца оптовика. Чтобы оценить масштаб и архитектурные достоинства здания, перейдём улицу и обойдём Гостиный двор вокруг.

Представьте себе: перед вами — гигантский четырёхугольник, опоясанный бесконечными аркадами. Он величественно возвышается над невысокой застройкой Китай‑города, словно крепость торговли и процветания. Это Гостиный двор — самое большое торговое здание Москвы конца XVIII — начала XIX века.

Его аркады, украшенные изящными полуколоннами ионического ордера, тянутся вдоль улиц, создавая завораживающий ритм линий и теней. Когда‑то это здание поразило современников своим размахом, его образ вдохновлял архитекторов по всей России вызывая волну подражаний в других городах.

История Гостиного двора началась в 1789 году, когда в Москву прибыл проект знаменитого петербургского архитектора Джакомо Кваренги, автор петербургского здания Ассигнационного банка (позже — головного офиса Государственного банка Российской империи). Мастер создавал свой замысел, представляя местность ровной и горизонтальной. Но реальность оказалась иной, квартал между Ильинкой и Варваркой расположился на крутом склоне береговой террасы.

Выполнить проект в первозданном виде было невозможно. За дело взялись архитекторы С.А.Карин и И.А.Селехов. В 1791–1805 годах они руководили строительством первой очереди здания и нашли блестящее решение: разделили Гостиный двор на две части: верхнюю, обращённую к Ильинке, а нижнюю с фасадом на Варварку.

Между ними образовалась естественная ступенька. Чтобы сохранить гармонию, фрагменты аркады поставили на высокий цоколь, а в некоторых местах слегка уменьшили высоту колонн. И всё же дух замысла Кваренги удалось сберечь — величественный облик здания остался неизменным.

Трагический поворот случился в 1812 году. Именно здесь вспыхнул огонь, с которого начался московский пожар. Здание серьёзно пострадало, но возродилось вновь. До 1830 года под руководством О.И.Бове была завершена вторая очередь строительства. Ризалиты в переулках соединили две части комплекса в единое целое, придав ему ещё более монументальный вид.

Увы, со временем владельцы лавок начали менять облик здания по своему усмотрению, закладывали арки, чтобы расширить торговые помещения. В 1840 году рядом, в Рыбном переулке, вырос новый Гостиный двор, а прежний стал именоваться «Старым».

Новая глава открылась в 1903 году. Архитектор К.К.Гиппиус перестроил ризалит в Хрустальном переулке для Московского Учётного банка (основанного в 1870 году). Выбор в пользу архитектора Гиппиуса, близкого к влиятельной семье Бахрушиных, вероятно, был не случаен.

Фасад ризалита заиграл новыми красками, неоклассический стиль дополнили яркие цветные мозаичные вставки. Особый шарм интерьеру придаёт галерея второго этажа корпуса вдоль Рыбного переулка, она словно переносит посетителя в Древний Рим напоминая о величии античных форумов.

В 2000‑х годах Гостиный двор пережил реконструкцию, несмотря на статус объекта культурного наследия. Часть здания, выходящая на Варварку, была надстроена на несколько этажей, а внутренний двор накрыли прозрачной крышей.

Сегодня силуэт Старого Гостиного двора сочетает в себе отголоски разных эпох. Под его арками по‑прежнему кипит жизнь, а каменные стены хранят память о купцах, архитекторах и событиях, которые формировали облик Москвы на протяжении столетий.

Новый гостиный двор заложен в 1838–40 гг. на месте снесенных Старых рыбных рядов. В Новом Гостином дворе размещалась резиденция Московского купеческого общества взаимного кредита — влиятельного кредитного учреждения. В 1906 году здесь произошло одно из крупнейших ограблений в истории российских банков: вооружённые эсеры боевики похитили около 1 млн рублей — эти деньги пошли на подготовку покушения на премьер-министра Петра Столыпина.

На оживлённой Ильинке стоит величественное здание Биржи — памятник купеческой мощи и архитектурного мастерства. Его история началась задолго до появления первых стен: московские купцы 11 лет добивались разрешения на создание биржи. Лишь в 1839 году, после прошения генерал губернатору Д.В.Голицыну (поданного ещё в 1828 м), на углу Рыбного переулка вырос дом по проекту архитектора Михаила Быковского — отца Константина Быковского, создателя главного здания Государственного банка на Неглинной улице.

Место для здания выбирали долго и тщательно — в итоге остановились на участке рядом со Старым Гостиным двором. Финансирование тоже стало символом союза власти и купечества: часть средств выделил император Николай I, но основную сумму собрали сами торговцы.

К 1870 м годам биржа обрела самостоятельность: появился собственный устав (раньше действовали по петербургскому образцу) и телеграф — символ прогресса. Возникла необходимость в более вместительном помещении. Купцы выкупили смежный участок по Рыбному переулку, и архитектор А.С.Каминский создал новый проект.

Здание возвели по образцу античного храма — как будто воздавая дань уважения самой идее торговли, почитаемой ещё в Древнем мире. Взгляд приковывает фасад, выходящий на Ильинку, мы видим классический портик с изящной лепниной, фронтон со скульптурной композицией, где центральное место занимает Меркурий — древнеримский покровитель торговли, по обеим сторонам от входа — барельефы с грифонами, мифическими стражами сокровищ.

Боковой фасад, тянущийся вдоль Рыбного переулка, выполнен в стиле неоренессанса — это своеобразный поклон старой бирже М.Быковского, стоявшей здесь ранее. Удивительно, но главный вход располагался именно со стороны переулка, а не с парадной улицы.

Революция изменила назначение здания. В 1920–1925 годах здесь размещался Горный совет. В 1925 году архитектор И.С.Кузнецов надстроил третий этаж, адаптируя исторический памятник к новым нуждам эпохи. В советское время здание заняла Всесоюзная торговая палата — наследница купеческих традиций.

Сегодня в этих стенах располагается Торгово промышленная палата Российской Федерации. Каменные стены, помнящие шаги московских купцов XIX века, теперь служат современным предпринимателям — так замыкается круг истории.

Здание Биржи — не просто архитектурный памятник. Это свидетель становления московской торговли, мост между купеческой Москвой и современной деловой жизнью столицы. Каждый камень здесь напоминает: традиции предпринимательства в России глубоки и прочны, как фундамент этого величественного здания.

Перед нами предстает прянично красивое здание, будто сошедшее со старинной открытки. Оно принадлежало Троице Сергиевой Лавре, но в дореволюционные времена здесь кипела деловая жизнь: в стенах подворья размещались маклерские и банковские конторы.
Задержимся на мгновение, чтобы осознать: именно Ильинка в Российской империи была настоящим деловым центром Москвы — самым плотным сосредоточением торговых и кредитно финансовых организаций. Улица дышала коммерцией, здесь заключались многомиллионные сделки, вершились судьбы капиталов.

На углу Старопанского переулка и Биржевой площади стоит здание, которое когда‑то стало символом новой эпохи в российской экономике. Это Банкирский Дом Братьев Рябушинских — первый «купеческий амбар», соединивший в себе банк и торговый дом. Первая работа Фёдора Шехтеля в стиле рационального модерна, она воплотила дух времени: солидность без вычурности, модность без излишеств.

Семья Рябушинских в начале XX века входила в число богатейших купеческих династий России. Павел Михайлович Рябушинский оставил наследникам налаженное текстильное производство в Вышнем Волочке, торговую контору в Чижевском подворье (Богоявленский переулок) и внушительный капитал — 20 млн рублей.

В 1902 году четверо братьев — Павел, Владимир, Степан и Сергей — учредили «Банк Братьев Рябушинских» с капиталом 1 050 000 рублей. Они быстро создали эффективную бизнес‑систему «Банк — Производства». Для такой крупной фирмы требовалось здание, которое бы: выглядело солидно, впечатляло своей простотой, соответствовало модным тенденциям, но без излишеств. Заказ получил архитектор Ф.О.Шехтель — и создал один из своих шедевров.

Место, где стоит здание, хранит память о давних временах. В 1620—1630‑х годах здесь находилась усадьба полководца и государственного деятеля М.Б.Шеина — Шеинов двор, выходивший на Ильинку. После несправедливого обвинения в неудачах в войне с Польшей Шеина казнили в 1634 году, а усадьба перешла к государству, а затем — к частным владельцам.

В 1875 году постройки Шеинова подворья купил купец Алексей Иванович Хлудов — совладелец бумагопрядильной фабрики в Егорьевске, Ярцевской мануфактуры и один из создателей Кренгольмской мануфактуры. В 1880‑х годах архитектор П.П.Скоморошенко возвёл на углу переулка пятиэтажный дом в русском стиле. Он образовал ансамбль с расположенным напротив Троицким подворьем того же автора.

В 1903 году Ф.О.Шехтель перестраивает часть Шеинова подворья, стоящую на углу со Старопанским переулком. Архитектор создал предельно лаконичную композицию: стройные вертикальные устои визуально поддерживают верхний этаж, узкие окна и карниз завершают композицию, плоская крыша подчёркивает строгость линий, углы здания мягко скруглены — несмотря на преобладание прямых линий, между вертикальными тягами фасада расположены окна, высота которых убывает кверху — этот приём незаметно монументализирует здание, тонкие лепные украшения тяготеют к графике «Мира искусства»: пересекающиеся кольца , медальоны с фигурками морских коньков, изящные надписи в межэтажных поперечных полосах дополняют декор. Здание почти лишено украшений — это принципиальный выбор. Основную часть плоскости занимают огромные окна, оставляющие немного места для междуэтажных перекрытий и горизонталей, облицованных глазурованным кирпичом.

История здания знала и печальные страницы. В 1913 году архитектор А.В.Кузнецов надстроил ещё один этаж — это зрительно утяжелило верх и исказило пропорции Шехтеля. А дальнейшие надстройки 1930‑х годов окончательно изменили первоначальный замысел мастера.

Банкирский Дом Братьев Рябушинских — не просто здание. Это памятник эпохи, когда купечество стало движущей силой российской экономики, а архитектура отражала новые ценности: практичность, рациональность и сдержанную элегантность.

Санкт‑Петербургский международный коммерческий банк
(Ильинка, 9, стр. 1. Архитектор А. Эрихсон, 1910–1911 гг.)

Этот банк, учреждённый в 1869 году, играл ключевую роль в развитии российских железных дорог: занимался реализацией их ценных бумаг и владел крупными пакетами акций. К 1914 году он занял второе место среди акционерных банков России по объёму операций.

Банк финансировал предприятия самых разных отраслей: угольной, золотодобывающей, металлургической, машиностроительной, в период экономического подъёма 1908–1913 годов — военной промышленности.

У него были отделения в крупных российских городах и за рубежом. После революции 1917 года банк был национализирован.

Архитектурно здание воплощает дух петербургской неоклассики: строгие пропорции, цоколь, облицованный серым гранитом, плоское членение фасада пилястрами, объединяющими второй—третий и четвёртый—пятый этажи.

Сегодня здесь располагаются подразделения Министерства финансов РФ — словно символическая преемственность финансовой традиции.

Азовско‑Донской коммерческий банк
(Ильинка, 9, стр. 1. Архитектор А. Зелигсон, 1911–1912 гг.)

История этого банка началась в 1871 году в Таганроге. К концу 1890‑х годов он вошёл в пятёрку крупнейших банков России, а в 1912 году стал частью группы Санкт‑Петербургского международного коммерческого банка. Когда-то здесь решались судьбы российских железных дорог: банк активно занимался реализацией их ценных бумаг и владел крупными пакетами акций. 

В 1917 году учреждение было ликвидировано.

Здание, окрашенное в нежный оттенок жёлто‑розовой охры, изящно контрастирует с серым соседом и соседствует с постройкой 1920‑х годов — зданием акционерного общества «Аркос» (архитектор В. Маят).

Архитектурные особенности здания отражают принципы петербургской неоклассики с элементами, предвосхищающими конструктивизм: фасад украшен рядом полуколонн из каменных блоков, объединённых общим антаблементом, простота и геометрия форм, предвещающие архитектуру 1920—1930‑х годов, облицовка из полированного тёмно‑красного гранита, подчёркивающего фактуру грубо рустованных колонн, декоративные элементы — рельефные головы в стилизованных крестьянских шапках, добавляющие фасаду самобытности.

Сейчас в этих стенах располагается поликлиника Министерства финансов РФ.

Послы, шелка, мундиры, банкиры... Всё это — страницы истории Посольского двора на Ильинке, где каждый камень хранит память о смене эпох. Эклектичный стиль здания словно зеркало отражает его многовековую судьбу — столь же пёструю и многогранную.

В XVII веке на участке между церковью Дмитрия Солунского в Рыбном переулке и Никольским переулком возвели Посольский двор — огромное здание для иностранных послов и их свиты. Оно представляло собой каменное строение из нескольких частей, соединенных арочными переходами.

Двор простоял здесь более ста лет и оставил след в воспоминаниях иноземцев, посещавших Москву. После перевода столицы в Петербург здание пришло в упадок, но не опустело, его арендовала Мундирная экспедиция, а затем — шёлковая мануфактура барона Шафирова, графов Толстого и Апраксина. Фабрика сохранила название «Посольский двор», продлив жизнь исторической топонимики.

В конце XVIII века владение перешло к купцам А. Павлову и Н. Калинину. Они решили построить большой доходный дом и пригласили архитектора М.Ф.Казакова. На месте старого Посольского двора выросло вместительное торговое и жилое здание в классическом стиле, с величественным портиком, коринфскими колоннами, арочными сводами окон первого этажа — как дань памяти прежнему Посольскому двору.

Здание принадлежало двум владельцам, поэтому было разделено капитальной стеной на две неравные части. В таком виде оно простояло до 1888 года.

В 1888 году участок приобрело Московское купеческое общество с целью построить здания для сдачи в аренду коммерческим предприятиям. Перестройку поручили архитектору Б.В.Фрейденбергу.

В 1890 году на правом участке появился новый дом — воплощение эклектики с элементами французского барокко. Пышный скульптурный декор и два барочных купола выделили его на фоне улицы. Здесь нашлось место всему: атлантам, поддерживающим балконы, львиным головам, охраняющим парадный вход, бесчисленным гирляндам и маскам.

На углу дома сохранилась табличка: «Украшения фасада исполнены мастерской М.Д.Кутырина». Лишь первый этаж с арочными окнами и само название «Посольский двор» напоминали о прошлом предназначении этого места.

Здание арендовал Волжско‑Камский коммерческий банк, остававшийся здесь до 1917 года. Помимо представительства банка, помещения снимали:
Товарищество Воскресенской мануфактуры;
Товарищество Мануфактур Н. Дербенова и сыновей.

Интересный факт: в московское отделение Волжско‑Камского банка писатель Фёдор Михайлович Достоевский устроил своего пасынка Павла Александровича Исаева. Помог ему в этом Евгений Иванович Ламанский — председатель совета банка в 1875–1901 годах. Ламанский был не только давним приятелем Достоевского, но и ключевой фигурой в финансовой истории России: он стал главным идеологом создания Государственного банка и вторым его управляющим.

В годы советской власти здания на Ильинке заняли различные учреждения, а позднее они вошли в общий комплекс ЦК КПСС. Сегодня этот архитектурный ансамбль принадлежит администрации Президента РФ, продолжая служить центру политической жизни страны.

На Ильинке стоит здание, чья судьба переплелась с памятью о древней Москве. Оно связано с именем Н.А.Найденова — предпринимателя, общественного деятеля и страстного москвоведа, чьи «Альбомы Найденова» с уникальными фотографиями столицы конца XIX века известны всем любителям истории города. Именно здесь, в этом доме, располагался основанный Найденовым Московский торговый банк.

История участка началась в XVII веке. Между церковью Дмитрия Солунского в Рыбном переулке и Юшковым переулком возвели Посольский двор — вместительное каменное здание для иностранных послов и их свиты. Эта дипломатическая резиденция XVII века состояла из нескольких частей и подробно описана в воспоминаниях иноземцев, посещавших Москву в XVII–XVIII веках.

После перевода столицы в Петербург Посольский двор утратил своё предназначение. С 1717 года и до пожара 1737 года здесь работала шёлковая мануфактура барона Шафирова, графов Толстого и Апраксина. Фабрика сохранила название «Посольский двор», продлив жизнь исторической топонимики.

В конце XVIII века обширное владение приобрели купцы А.С.Павлов и Н.С.Калинин. По их заказу архитектор М.Ф.Казаков создал проект вместительного торгового и жилого здания.

Дом получился истинно классическим: с массивным портиком, коринфскими колоннами, арочными сводами окон первого этажа — как напоминание о прежнем Посольском дворе.

Поскольку здание принадлежало двум владельцам, его разделили капитальной стеной на две неравные части. В таком виде оно простояло до 1882 года.

В 1882 году левый участок приобрёл Московский торговый банк Н.А.Найденова. Перестройку поручили архитектору Б.В.Фрейденбергу. Мастер сохранил плавный полукруглый угол, уводящий здание в Юшков переулок, и создал сооружение в стиле эклектики.

Архитектурные черты нового облика: чёткое чередование окон и пилястр, выразительный карниз, напоминающий дома эпохи классицизма, первоначально крышу украшали гипсовые вазоны — изящная деталь, придававшая зданию особый шарм.

Н.А.Найденов — основатель банка, многолетний председатель Московского биржевого комитета и совладелец торгово‑промышленной фирмы «А. Найденова сыновья» — был не только успешным предпринимателем, но и увлечённым историком. Именно он организовал и финансировал масштабную фотофиксацию московских церквей и уникальных зданий города. Так появились знаменитые «Альбомы Найденова», ставшие бесценным источником знаний о древней столице.

Помимо Торгового банка, в здании размещались конторы Московского торгово‑промышленного товарищества — ещё одно свидетельство деловой активности Ильинки в конце XIX века.

В годы советской власти здания на Ильинке заняли различные учреждения, а позднее они вошли в общий комплекс ЦК КПСС. Сегодня этот архитектурный ансамбль принадлежит администрации Президента РФ, продолжая служить центру политической жизни страны.

Улицу Ильинку, наряду с Кузнецким Мостом, нередко называют Московским Сити — настолько густо она застроена зданиями банков и коммерческих учреждений. Особенно примечательна её правая (чётная) сторона от Кремля, где большинство зданий возведено под руководством архитектора Б.В.Фрейденберга:
- Московский Купеческий банк (№ 8);
- Московский Торговый банк Найденова (№ 10);
- Доходный дом Купеческого общества (№ 8).
- Единственное исключение — владение № 12, занятое комплексом Доходного дома Серпуховского городского кредитного общества. Его окончательный облик сложился к 1904 году под руководством выдающегося архитектора Р. И. Клейна.

Здание стоит в старейшем после Кремля историческом районе Москвы и включает фрагменты старинной застройки. Самые ранние части комплекса относятся к XVIII веку, когда участок принадлежал семье сподвижника Петра I — молдавского господаря Д. Кантемира, бежавшего от турецкого гнёта. Территория усадьбы Кантемиров в основном совпадала с нынешним участком Серпуховского общества.

В 1760‑х годах участок перешёл к купцу И.Г.Хрящеву, а в 1780‑х его сын П.И.Хрящев реконструировал усадьбу под руководством М.Ф.Казакова. Тогда был построен один из первых в Москве доходных домов с лавками на первом этаже.

В 1838 году владельцем стал серпуховской «текстильный магнат» В. И. Варгин. Его племянник Д. Варгин передал участок Серпуховскому городскому кредитному обществу, которое привлекло к реконструкции Р. И. Клейна.

Архитектор начал работать в Москве с середины 1880‑х годов. Его первыми заказчиками стали купеческие старообрядческие семьи Хлудовых и Морозовых. Вероятно, через них Клейн получил заказ и от Серпуховского общества — ведь серпуховская купеческая элита, включая семью Коншиных, традиционно придерживалась старообрядчества.

Реконструкция комплекса проходила в несколько этапов:
В 1888 году Клейн подготовил проект, который должен был перекликаться с соседним зданием Московского Торгового банка Фрейденберга (№ 10) — с его огромными двойными «флорентийскими» окнами. В 1904 году архитектор предложил несколько новых вариантов реконструкции. Один из них утвердили, но в процессе строительства проект изменили — поэтому итоговый облик здания заметно отличается от первоначального замысла, сохранившегося в Архиве Москвы. В результате комплекс приобрёл черты, напоминающие замки Франции XVI–XVII веков — Клейн, стажировавшийся в Париже у Ш. Гарнье, часто обращался к этой архитектурной типологии. Фасад по Ильинке впечатляет, двухъярусные эркеры у краёв фасада — нависающие, под фронтонами в стиле французского барокко, со скатами в виде валют и картушами в центре; тройная аркада огромных «витринных» окон в центре — их разделяют медальоны с грифонами (профилями крылатых чудовищ), символизирующими обереги сокровищ; эркеры и аркада создают эффектную композицию, подчёркивающую значимость здания. Главное помещение — Операционный зал сохранило первоначальное художественное оформление и стало выдающимся образцом русского интерьерного дизайна начала XX века, зал разделён четырьмя коринфскими колоннами на девять ячеек, над колоннами опорные арки, ячейки перекрыты низкими куполами на парусах, купола расписаны под античные орнаменты с фигурами и сценами художником И. Нивинским. До 1917 года здесь располагались два крупнейших банка Российской империи:
- Русский для внешней торговли банк — занимался кредитованием внешней торговли, участвовал в промышленных предприятиях, особенно в производстве сахара;
- Сибирский банк — организовывал скупку золота и платины у населения, перерабатывал их в слитки в лабораториях на Урале и в Сибири. 

В 1918 году, после переезда в Москву правительства большевиков, здание заняли учреждения СССР—РФ. На эркерах появились рельефные эмблемы с серпом и молотом — напоминание о новой эпохе.

В 2018–2019 годах прошла масштабная реставрация Операционного зала: удалены поздние элементы отделки советского периода, восстановлены штукатурное основание и исторический цвет стен, раскрыты и отреставрированы полы из метлахской плитки, воссозданы из мрамора пьедесталы четырёх коринфских колонн, отреставрированы лотковые своды потолка с подпружными арками, украшенные акантовыми листьями с сусальным золотом, восстановлена монументальная живопись плафона (античные сюжеты в духе помпейской живописи) работы И. Нивинского, возвращены на места исторические латунные люстры и накладки на металлические окна.

На конкурсе «Московская реставрация — 2019» проект отметили за лучшую организацию и высокое качество работ.

На углу Старопанского и Большого Черкасского переулков стоит здание, в котором переплелись архитектурные новаторства и старинные московские легенды. Деловой двор петербургского купца М. А. Александрова — образец строгого делового здания эпохи модерна с чертами функционализма, один из первых в Москве примеров применения функционалистских приёмов для торгово‑офисных помещений.

Здание возвели в 1898–1899 годах по проекту архитектора А.В.Иванова. Каркасная структура фасада позволила сделать большие окна, чья монументальность эффектно контрастирует с мелким ажурным литьём французских балконов под каждым окном. Этот деликатный декор оживляет довольно строгий фасад, придавая ему благородную сдержанность.

По сравнению с соседними постройками того же периода здание выгодно выделяется своей лаконичностью — например, оно заметно скромнее работ Ф. О. Шехтеля для ТД «Аршинов и К», расположенных поблизости.

Участок в Китай‑городе рано перешёл в руки купечества. В начале XVIII века им владела семья Акишевых. Внучка первого владельца, Авдотья Андреевна Акишева, в 1731 году вышла замуж за Я. Ф. Мировича. Из‑за самовольной отлучки с военной службы он был сослан в Сибирь, где в 1740 году родился их сын Василий — будущий организатор неудавшегося переворота в пользу Иоанна VI Антоновича. Мирович был казнён в Шлиссельбургской крепости 5 июля 1764 года. В XIX веке владение перешло к купцу Н.Е.Карташеву — и именно под этой фамилией подворье вошло в историю Москвы.

В московских преданиях сохранился образ последнего представителя рода — Григория Николаевича Карташева. О нём говорили: «жаден как Карташев». Он занимался ростовщичеством, давая крупные займы под высокие проценты. При этом расписок не брал, в суд не обращался — и порой становился жертвой обмана.

В подворье располагался трактир Пономарева. Во втором зале, за отдельным столиком под лампадой, целыми днями сидел сам Карташев — старый, неопрятный, давно не мывшийся старик. К нему приходили посетители — вполне приличные люди.

Его квартира находилась рядом с трактиром. Карташев жил один: спал на голой лежанке, подложив что‑нибудь из одежды под голову. Он вставал в 10 утра и ровно в 11 часов приходил в трактир. Ел бесплатно вчерашние щи и кашу, платил только за самый дешёвый чай. Заёмщики, приходившие к нему, должны были заказывать то же самое — если кто‑то выбирал более дорогое блюдо, в займе ему отказывали.

После смерти Карташева в его квартире нашли огромные богатства: деньги в сундуках в подвалах — вместе с огрызками сахара, главное хранилище — в печи, оборудованной ловушкой наподобие гильотины: если бы вор залез внутрь, его бы разрезало пополам, просроченные векселя и купоны, съеденные молью меха, свёртки с империалами. Всего насчитали 30 млн рублей. Наследницей стала его сестра — Клавдия Николаевна Обидина, известная московская домовладелица, жена миллионера Обидина.

В 1897 году владение приобрёл петербургский купец Михаил Александров. Он и заказал строительство нового здания, которое мы видим сегодня. Деловой двор стал символом перехода от купеческой старины к деловому модерну — от ростовщических тайн Карташева к рациональной архитектуре нового времени.

На крутом берегу Неглинки, где сегодня стоит элегантная гостиница «Савой», когда‑то ковалась военная мощь России. История этого места началась ещё в XV веке с Пушечной избы, которая после пожара 1488 года была преобразована в Пушечный двор.

Первоначально Пушечный двор представлял собой кирпичную конусовидную башню, окружённую забором. На протяжении почти двух с половиной столетий здесь отливали орудия, укреплявшие обороноспособность государства. Именно здесь была создана знаменитая Царь‑Пушка, известная также как «Дробовик Российский» — величественный символ русского оружейного мастерства.

В 1739 году Пушечный двор (к тому времени именовавшийся «Новым полевым артиллерийским двором») перевели к Красному пруду. Старое здание на Рождественке приспособили под артиллерийский склад — Артиллерийское депо. В начале 1800‑х годов все строения бывшего Пушечного двора разобрали. После пожара 1812 года местность перепланировали, а участок выставили на продажу.

К концу XIX века участок на углу с Пушечной улицей (бывшей улицей Софийка) принадлежал В. А. Аргамаковой, а затем перешёл к княгине Ольге Андреевне Туркестановой. В доме располагалось венское кафе Австро‑Венгерской общины «Альпенрозе», позже переименованное в «Альпийская Роза». Это заведение полюбилось московским немцам и артистам Малого театра — здесь звучали шутки, велись оживлённые беседы и рождались творческие замыслы.

Следующим владельцем участка стало страховое от огня товарищество «Саламандра». В 1910–1913 годах архитектор Виктор Андреевич Величкин полностью перестроил здание для гостиницы, получившей название «Берлин». Новый облик был решён в неоклассическом стиле с элементами ампира: ионическая угловая полуротонда на уровне второго этажа, завершающий её балкон, строгие линии фасадов, подчёркивающие статусность места. 

Удивительно, как память о страховых обществах живёт в самых разных формах: их оригинальные таблички стали темой фотоистории на сайте Музея Банка России, а эмблема «Саламандры» даже попала на серебряную памятную монету номиналом 3 рубля, выпущенную в 2011 году к 225 летию первого российского страхового учреждения. Сегодня вопросы страхования в стране регулирует Банк России — преемник давних традиций надёжности и защиты.

После начала Первой мировой войны гостиницу переименовали в «Савой». При ней работало одноимённое кафе, а в соседнем здании — ресторан «Альпийская Роза», перестроенный гражданским инженером П.П.Висневским, мастером модерна. Интерьеры кафе оформил в рокайльном стиле художник А.А.Томашко.

В советские годы гостиница не прекращала работу. Она вошла в историю литературы: именно в ресторане «Савой» разворачиваются события, завершившиеся задержанием Фокса в романе братьев Вайнеров «Эра милосердия» — произведении, по которому снят культовый фильм «Место встречи изменить нельзя».

В 1950‑е годы гостинице вернули название «Берлин». Ресторан «Берлин» (бывшее дореволюционное кафе) считался одним из лучших в Москве. Его изюминкой был небольшой бассейн с фонтаном, в котором плавала живая рыба. Посетители могли выбрать понравившийся экземпляр — его тут же отправляли на кухню, а вскоре подавали к столу «с пылу, с жару».

В 1987–1989 годах здание отреставрировали. После завершения работ гостинице возвращено историческое название — «Савой». Сегодня это первоклассный отель, сохранивший атмосферу прошлых эпох. В ресторане по‑прежнему работает тот самый фонтан с бассейном, напоминая о традициях гостеприимства, заложенных ещё в прошлом веке.

Здание имеет статус исторически ценного градоформирующего объекта — оно не просто украшает город, но и хранит память о его многовековой истории: от кузницы Царь‑Пушки до элегантного отеля, где переплетаются эпохи и судьбы.

Слева Московский Международный торговый банк Л.С.Полякова. Его фасады возведены в формах римского Ренессанса XVI века — возможно, архитектор вдохновлялся Банко ди Санто Спирито в Риме. Для облицовки специально привезли радомский песчаник — прямо из Польши, с родины банкира.

История этого здания словно роман о взлётах и падениях, о банках и банкирах, приобретениях и разорениях. А ещё — о ресторане, который в 1901 году словно заглянул в будущее: еду здесь покупали через торговые автоматы!

В 70‑х годах XVIII века этот участок принадлежал графу И.И.Воронцову. К концу столетия его огромное владение, раскинувшееся от Рождественки до Петровки, разделили на части. Владельцы менялись, и в 1875 году участок перешёл к первогильдейскому купцу И.Г.Фирсанову, а позже — к его дочери Вере Фирсановой.

В середине 1890‑х Вера Фирсанова продала владение Московскому международному торговому банку, основанному Л.С.Поляковым — человеком, чьё имя стало синонимом финансовой мощи и предпринимательского таланта.

Л.С.Поляков — концессионер при строительстве железных дорог, владелец «Банкирского дома Полякова», создатель целого ряда российских банков, тайный советник, пожалованный потомственным дворянством начал строительство банковского здания на Кузнецком мосту.

К 1898 году архитектор С.С.Эйбушитц при участии инженера В.Г.Шухова возвёл красивый дом. Инженерные решения Шухова использовались для перекрытия операционного зала. Архитектурные особенности здания: крупные ордерные формы, характерные для римского барокко, облицовка из радомского песчаника, орнамент из цинка, удачное расположение на изломе Кузнецкого моста — здание, замыкающее перспективу от Неглинной улицы, стало одной из ее основных доминант. Первоначально над угловым фасадом возвышался небольшой аттик, утраченный в 1930‑е годы.

В 1901 году в одном из помещений здания открылся необычный для Москвы ресторан «Квисисана». Здесь не было привычных официантов — закуски и напитки приобретались через торговые автоматы. Это заведение словно предвосхитило технологии будущего, поражая воображение современников.

Начало XX века принесло Полякову тяжёлые испытания. Финансовое положение предпринимателя серьёзно пошатнулось из‑за кризиса. Ревизия выявила многомиллионную задолженность его предприятий. Банки Полякова спасли от банкротства крупной ссудой Государственного банка, но сам он был полностью отстранён от промышленных и банковских дел.

Несколько банков Полякова, включая Московский международный торговый, слили в Соединённый банк. Он занимал здание на углу Рождественки вплоть до революции.

В советское время здание сохранило свою деловую функцию, хотя и сменило хозяев, здесь располагалась Центральная сберегательная касса, работал Международный банк экономического сотрудничества, находился Жилсоцбанк СССР, на третьем этаже некоторое время размещался Государственный институт искусствознания под руководством И.Э.Грабаря.

И сегодня дом на Кузнецком мосту остаётся банковским центром: здесь находится центральное отделение Банка ВТБ.

В 1891 году участок приобрели купцы-меценаты братья Павел и Сергей Третьяковы. По их заказу здание построено в русском стиле по проекту архитектора Александра Каминского — родственника Третьяковых и автора первого здания Третьяковской галереи.
Ирония истории: именно в этом доме, нарочито стилизованном под русскую старину, обосновался французский «Лионский кредит» — единственный иностранный банк, которому в Российской империи дозволялось вести операции. Два здания, два стиля, две философии бизнеса — и оба оставили свой след в облике Рождественки.

Вы стоите у финальной точки маршрута — у здания, которое остается оплотом финансовой стабильности в новом времени.

Здание Банка России встречает вас строгой, величественной архитектурой — классические формы, благородные пропорции, фасады, украшенные колоннами и лепниной. Каждая деталь здесь говорит о стабильности и надёжности: массивные двери, высокие окна, словно застывшие во времени, и фронтон, увенчанный символикой, напоминающей о финансовой мощи государства.

В стенах этого здания работает мегарегулятор — Центральный банк Российской Федерации. Он отвечает за устойчивость национальной валюты, контролирует банковскую систему, обеспечивает финансовую стабильность страны. Это не просто офис — это сердце российской экономики, где принимаются решения, влияющие на миллионы людей.

А под вашими ногами, глубоко под асфальтом, всё ещё течёт река Неглинная — та самая, что дала имя этой улице. С конца XVII века её воды приводили в движение механизмы денежного производства на московском Красном монетном дворе. Именно там чеканили монеты, которые затем расходились по всей стране, связывая регионы в единое хозяйственное целое. И как символично, что наша экскурсия, начавшаяся у стен Монетного двора, завершается здесь, у здания Банка России — словно замыкается историческая дуга: от первых монет до современной финансовой системы.

Остановитесь на мгновение, оглянитесь вокруг. Неглинная улица хранит память веков: здесь слышны шаги купцов и банкиров, здесь кипела торговая жизнь, здесь рождались и рушились состояния.

Там, где сегодня возвышается комплекс зданий Банка России, когда‑то раскинулся живописный сад — наследие XVIII века, заложенный при усадьбе графа И.И.Воронцова. Зелёные аллеи спускались от главного дома на Рождественке к самому берегу реки Неглинки, даря прохладу и уединение.

Время шло, и облик местности менялся. С 1844 года на месте бывшего сада разместились строения Медицинского факультета Московского университета — клиники, где лечили и учились, где зарождались новые медицинские знания.

Но уже в 1890 году здесь началось новое строительство: вдоль Неглинного проезда (нынешней Неглинной улицы) по проекту архитектора К.М.Быковского заложили здание Московской конторы Государственного банка. Это одна из лучших работ зодчего, долгое время возглавлявшего Московское архитектурное общество.

Двухэтажное здание расположилось с небольшим отступом от красной линии улицы, создавая ощущение торжественности и значимости. Взгляд сразу привлекает центральный ризалит, подчёркнутый высокими окнами с арочными завершениями.

Над окнами скульптурные изображения головы Меркурия — покровителя торговли и финансов, аллегорические фигуры, символизирующие различные отрасли народного хозяйства. Они были выполнены по моделям известного скульптора А.М. Опекушина, автора памятника А.С. Пушкину в Москве.

Под тремя центральными окнами размещены рельефные композиции орудий труда с аналогичной символикой.

По красной линии Неглинного проезда флигели соединяла узорная решётка из полосового железа. Она обрамляла парадный двор здания и была изготовлена в кузнице Е.С. Куприянова. Эта решётка частично сохранилась до наших дней словно молчаливый свидетель минувших эпох.

В 1927–1929 годах рядом с прежним двухэтажным зданием выросли два новых корпуса — шестиэтажные, монументальные. Проект создал архитектор И.В.Жолтовский. Точнее, он возглавил команду архитекторов, трудившихся над их созданием, среди которых выделялся талантливый Г.П.Гольц. Фасады зданий украшены деталями декора в духе итальянского Ренессанса, что придаёт комплексу особую изысканность.

Любопытная деталь: на стене правого корпуса у двери укреплён старинный градусник — маленький штрих, добавляющий очарования архитектурному ансамблю.

С момента постройки и до наших дней в здании располагается главный банк страны: в советское время — Госбанк СССР, ныне — Центральный банк Российской Федерации (Банк России).

Комплекс домов Банка России находится на государственной охране как объект культурного наследия регионального значения. Он не просто выполняет свою финансовую функцию — он хранит память о смене эпох: от тенистых аллей графского сада XVIII века до современных операций Банка России.